Заместитель начальника областного ГАИ долго рассматривал все документы, решение суда, предписание о передаче нам автомобилей. Куда-то позвонил, с кем-то ругался, кому-то угрожал. Но с той стороны трубки ему отвечали твердо и решительно. Ему сообщили:
— Деньги уплачены, платежка предоставлена. За меньшую сумму купить машины невозможно. Для неукоснительного выполнения решения суда у Вас находится судебный пристав.
После недолгого раздумья, подполковник вызвал к себе майора, напомнил ему:
— Сегодня пятница, а значит короткий день. Выдача может быть только до трех часов дня.
Я бодро доложил им о своем очень требовательном начальнике, у которого основной закон «Социализм — это учет». Поэтому, при обнаружении неисправностей или отсутствия комплектности, мы будем вынуждены дать им время два — три дня на устранение недостатков. Приедем, вероятно, в следующий четверг. Им надо за это время все подготовить, но мне очень хотелось бы полностью проверить все машины. Есть ли они в наличии. Подполковник повеселел, дал команду майору предоставить акты приема, сравнивать и сразу фиксировать некомплект. Надо записывать, что они должны достать. Претензий к ним быть не должно. Мы с майором пошли на стоянку, он дал команду, чтобы нас впустили и нахмурился, когда увидел толпу водителей. Но мы его успокоили:
— Нам нужно не упустить какой-либо мелочевки.
Мы с трудом отыскали все машины. Одна оказалась заставлена машинами ГАИ, вторая закрыта снятыми задними мостами, третья обложена штабелями кирпича. Ее даже не было видно за кирпичной стеной. Машины стояли без комплектов ключей, две стояли без аккумуляторов, остальные аккумуляторы разряжены, три колеса спущены. Андрей взялся за работу, показал мне на бригаду рабочих. Человек пятнадцать, не торопясь, копали ямы для столбов. Делали забор вокруг стоянки. Я предложил бригадиру пять бутылок водки, если он со своими людьми поможет вытащить три блокированных машины на дорогу. Бригадир предложил:
— Давай не будем торговаться. Ящик водки (20 бутылок) и за час все будет разобрано, все машины на дороге, порядок в боксах восстановлен.
Ударили по рукам. Бригада ринулась на штурм. Всего тридцать человек. Майор только попросил, чтобы потом все было уложено на место. Бригадир кивнул. Задачу вытащить машины и восстановить порядок они выполнили в срок за два часа. Я вытащил деньги, отдал бригадиру. Там хватило даже на 25 бутылок водки. Мы пожали друг другу руки. Бригада принялась делать забор.
Четырнадцать водителей споро делали свое дело. Они уже понимали, есть возможность по-крупному насолить руководству ГАИ. В некоторых машинах нет топлива, но Андрей привез восемь канистр с бензином. Майор беспомощно смотрел на ударный труд. Я забрал у него акты на прием-передачу по каждой машине. Андрей выгонял машину за пределы стоянки за ворота, а я подписывал акты приемки. Семь машин, семь актов подписаны мною и судебным приставом. Майор, не забирая актов, побежал к заместителю начальника. Тот тут же прибежал и потребовал прекратить произвол. Я подошел к нему и очень тепло поблагодарил за большую заботу и сохранность имущества.
— Вы знаете, на удивление, у нас нет никаких претензий. Все в прекрасной сохранности. Замечаний с нашей стороны никаких нет. Еще раз огромное спасибо, — сказал я ему.
Подполковник просто захлебнулся от злости:
— Ты, — сказал он мне, — уже в понедельник будешь очень сильно жалеть о том, что живешь в этом городе. Ты…
— Заткнись —, ответил я ему. — Ты хоть знаешь, кого пугаешь? Я был там, куда тебя веревкой не затащишь. Я боевой офицер, подполковник, как и ты. Имею боевой орден Красной звезды, дважды контуженый, инвалид войны. Я своими руками убил десять человек. И ты, сволочь тыловая, хочешь меня запугать? Да если твои гаишники будут придираться к этим машинам, я сам лично приеду к тебе, спрошу лично тебя за произвол. Кроме того, вот, товарищ судебный пристав сегодня же доложит председателю областного суда, что Вы препятствовали выполнению решения народного суда. Вопросы есть? Если вопросов нет, кругом. Шагом марш на выполнение своих служебных обязанностей.