Черняева я отправил опять через Москву в Братск. Вскоре ко мне в офис подъехали два серьезных товарища, которые отрекомендовались, что они из Министерства сельского хозяйства Украины.
— Виктор Иванович, с Вами очень хочет побеседовать заместитель министра в 15 часов. Через пять минут Вам позвонят.
В три часа дня зазвонил телефон, я поднял трубку:
— Это товарищ Рубин? Соединяю с заместителем министра.
Виктор Иванович. Здравствуйте! Звоню Вам, чтобы Вы поняли. Все вопросы Вам зададут мои сотрудники. Примите их предложение серьезно, шуток мы не допускаем. Будете в Киеве, заходите. Вас ко мне проведут. До свидания.
Я понял, что вряд ли это розыгрыш. Приехавшие ребята на работников сельского хозяйства ну никак не похожи.
— Я вас внимательно слушаю.
— Виктор Иванович! Вы вторгаетесь в сферу чужих интересов с Вашими поставками из Братска. Эту «вертушку», которая придет, отправите вот по этим реквизитам. Цена Вас устроит. Если Вы все-таки решите реализовывать топливо в Виннице по своим ценам, то у Вас на выбор в течение месяца возможны два варианта: тюрьма на 10 лет с конфискацией или заплыв в ближайшем водоеме с батареей отопления на спине. Вы переходите дорогу очень серьезным людям. Вот Вам телефон, вот реквизиты, куда отправлять цистерны. Если Вы согласны с нами сотрудничать, давайте Ваши финансовые реквизиты. При получении цистерн из Братска, Вы звоните. В течение суток получаете деньги и отправляете цистерны на Киев.
Я понял, все что они сказали — правда. Высказал им свое желание часть топлива оставить на собственные нужды. Они не возражали. Ни один из ими предложенных вариантов меня не вдохновлял. Лучше жить без тюрьмы и рекордных заплывов. У Куца они получили банковский счет и уехали, не попрощавшись. Павлу, Ефиму я ничего говорить не стал. А Андрей на мою информацию ответил:
— Ты поступил разумно. Любой вариант могут претворить в жизнь, не задумываясь. Там, где ходят большие деньги шуткам не место.
Бригады по ремонту квартир отрапортовали об окончании работ. Мы с Ефимом квартиры внимательно осмотрели. Ремонт выполнен великолепно. Новые моющиеся обои, паркет, импортная сантехника. Закрытые лоджии, отделанные деревом. Все новое, сверкает лаком. В подарок, вырезанного из орехового дерева, привезли мне большого зубра.
Я не выдержал, поехал домой, забрал Лену с тещей и повез их на квартиры. Сначала я привез их в однокомнатную квартиру, куда поставил комплект мебели из Закарпатья, новый большой холодильник, большой телевизор, видеоаппаратуру, пылесос. Забил мебель сервизами, посудой. Все разложил и расставил с помощью Наташи. Это она составила список, что надо купить и куда поставить. Лена спросила:
— Что это? Откуда квартира? Купил нам только однокомнатную?
— Это мне выдали за службу в рядах Вооруженных Сил и выполнение интернационального долга, — ответил я.
— А Коле такого не дали, — вздохнула теща.
— Мне нравится, — сказала Лена, — но для троих, конечно тесновато.
— Поехали дальше, — предложил им я. — Еще не вечер.
Мы поехали на другую квартиру. Трехкомнатную квартиру с помощью Ирины обставили намного лучше. Лена, когда только вошла, осмотрелась, то подошла ко мне и крепко обняла.
— С первых дней нашей совместной жизни, я в тебя верила, несмотря на все предсказания «доброжелателей». Спасибо, что ты оправдываешь все мои надежды. Конечно, я кое-что переставлю. Переделаю на свой вкус. Скажи, а что ты хочешь делать с однокомнатной квартирой?
— Лена, я хочу вызвать сюда к себе маму. Пусть она поживет рядом со мной. Я давно ее не видел. Всем необходимым я ее обеспечу. Если ты не возражаешь, то я сегодня ей позвоню и приглашу приехать.
— Милый, ну конечно, я не возражаю. Если она захочет, то может жить с нами. Но в эту квартиру мы переедем весной к апрелю. Пока же ребенку нужен будет постоянный уход. На тебя рассчитывать нельзя. Рядом будет моя мама.
В это время Нина Михайловна, ошеломленная, бродила по комнатам, выходила на утепленную лоджию, рассматривала сантехнику. Она открыла холодильник, а там стояла бутылка красного полусладкого шампанского и коробка шоколадных конфет. Мы выпили шампанское, и я отвез их домой.