— Вот, кстати, — вспомнил Ефим, — звонили с химкомбината. Надо подлатать крыши и делать ремонт в цехах. Денег у них нет. Готовы рассчитаться стиральным порошком.
— Вот и перебрось людей с особняков, добавь им пару специалистов для ремонта кровли.
Приехали на Подолье, на территорию психбольницы. Зиновьев трудился на своем рабочем месте. Работа у него шла с большой напругой. Все бегали по территории, шумели, ругались. Особенно кричали там три клиента, которые хотели взять себе квартиры именно в этом престижном доме. Спорили из-за этажей, подъездов, планировки, оплаты. Как мы поняли, тут все оказались начальники. Каждый требовал к себе особого внимания. Выясняли у кого козыри старше. Слушать это довольно противно.
— Иваныч, и ты хочешь жить с этим народом рядом? Да это скорпионы, которых собирают в одну банку.
После полчаса ожидания, Владимир Мефодиевич чуть освободился.
— Хочу удешевить строительство. Покупаю кирпич в Ладыжине, плиты перекрытия в Хмельницком, металл у Вас, щебенку в Житомире.
— Ты хоть расходы на транспорт представляешь?
— Бензовоз, машины для перевозки я у тебя купил, топливо для машин, я надеюсь, ты мне выделишь. Но беганины на целый день. Есть три участка для строительства своего дома в центре города. Десять «соток» каждый. Хочешь, давай поедем, посмотрим. Понравится, будем решать. Поехали?
Мы поехали смотреть. Спустились вниз к мосту от Горисполкома, за мостом повернули к кондитерской фабрике по дороге вдоль Южного Буга. Возле фабрики по индивидуальному пошиву обуви, на бугор шла проселочная дорога, но очень крутая.
— Заезд, с другой стороны. Там дорога нормальная. На этом бугре, как раз расположены эти три участка. Давайте пройдем пешком.
Мы поднялись по этой дороге. Спуститься на машине рискованно, но можно. Вид открывался очень красивый. Большая площадка. Дорога сзади участка вполне приличная. Около дороги стояла небольшая красивая церковь. С противоположной стороны внизу, вдоль асфальтовой дороги протекала река Южный Буг. А за ним начинался уже центр города. Поставить здесь хороший дом, лучше места не найти. Но бесплатный сыр бывает только в мышеловке, а не у Зиновьева.
— Во что мне обойдется получение всех документов?
— Это я беру все на себя. Через неделю получишь. Там у тебя на территории я увидел конверсионный КРАЗ — бензозаправщик. Ты с документами отдаешь его мне, а я даю тебе все документы на этот участок, но, если тебе не понравится, документы сможешь вернуть, но КРАЗ обратно не получишь. Я его оприходую и поставлю на учет в ГАИ, как государственную собственность.
Павел с Ефимом согласно закивали головами.
— Мы фундамент забетонируем за неделю. Поставим бригаду каменщиков. Техника у нас своя. Кирпичи, блоки, плиты перекрытия, любой металл есть. До холодов коробку сумеем накрыть крышей. Соглашайся, Иванович. Будет тебе дом.
Мы с Зиновьевым ударили по рукам. По приезду в офис Наташа сказала:
— Звонил Гагарин, просил передать, надо съездить в Калиновку к директору машиностроительного завода Плахотнюку Михаилу Николаевичу.
Список спортивного оборудования у него есть. Кое-что он выделяет за свой счет, а остальное надо оплатить. Он доставит все сам своим транспортом и установит.
Перечень мебели Гагарин прислал по факсу. Павел взялся отвезти мебель. Часть из наших запасов, а часть купить.
— Привезешь, вызовешь Гагарина к машине. Пусть смотрят и расставляют сами, как хотят. Спроси, что еще надо, может у нас есть.
Мы с Ефимом собрались, поехали в Калиновку к Плахотнюку. Он дал нам накладные, счет для оплаты.
— Завтра оплатите, послезавтра все у них будет. А то майор мне уже всю плешь продолбил.
Мы вместе спустились на проходную. По дороге я ему рассказал про УСПП, подготовку к съезду. Плахотнюк сразу же выразил желание принять участие.
— Поедешь в Киев, позвони. Я поеду с тобой. Хочу тоже со всеми познакомиться. Завод у меня загибается. Финансирования и заказов на 10–15 %. Может там, пообщаюсь и наберусь опыта и информации. Я сейчас еду на спирт завод, тут у нас недалеко. Поедем, поговорим с директором. Хороший мужик. Если ты ему понравишься, то банку спирта он тебе нальет.