Мы еще выпили коньяка, я поинтересовался, придет ли к нам на ужин Зоя. Эмма ответила, что именно по этому поводу она и хотела со мной поговорить. Я согласился поговорить с ней по этому поводу и по любому другому.
Эмма что-то задумчиво жевала, о чем-то сосредоточенно думала, а потом, как бы размышляя вслух, начала мне объяснять:
— Мы с тобой взрослые, самостоятельные люди.
Она даже не пошутила по поводу того, что она намного взрослее и самостоятельнее. Я тоже понял, что к этому разговору надо относиться очень серьезно. Здесь не до шуток, хотя пока не понимал, о чем идет речь.
— Я не скрываю, что ты мне не просто понравился, а ты ворвался в мою жизнь с первой встречи. Я позвала Зою к себе специально. Да, у нас происходили совместные вечеринки, на которые мы смотрели, как на очередное приключение, или как на забаву. В тот вечер и ночь я вдруг поняла, оказывается, я дико тебя ревную к Зое. Я не хочу, чтобы ты с ней трахался и кляла себя, что позвала ее к себе. Но еще печальней для меня, когда Зоя сказала: «Он мне понравился». Она просит меня, чтобы ты со мной больше не встречался. Она хочет с тобой серьезных отношений. Она в тебя влюбилась. Завтра — послезавтра она тебя разыщет для выяснения этого вопроса. Она готова на все твои условия. Она готова отдать тебе всю себя и все, что у нее есть. Поэтому, ты большой молодец, когда мне позвонил и согласился приехать ко мне, хотя я чувствую, как тебе больно. Это же такая болезненная рана. Давай выпьем за тебя, настоящего мужчину. Я не люблю нытиков. А ты! У меня не хватает слов, чтобы выразить тебе свое восхищение.
Она положила свою ладонь мне на руку, а я скромно, опустив глаза, пытался подцепить белый гриб вилкой. А он, гад, соскальзывал и соскальзывал. Я бросил это занятие, положил вилку, достал его рукой:
— Родная! Быть втроем — это твоя идея. Ты поставила меня перед выбором: хочешь быть со мной, подчиняйся. Нравится это мне или не нравится. Я подчинился. Я старался тебе и ей сделать приятно. Если я где-то перестарался, прости. Я понимаю, что ты меня сейчас хочешь упрекнуть, но ты и только ты автор этого произведения и этого вечера. А теперь скажи, честно без намеков, что ты от меня хочешь?
— Я хочу жить с тобой! Видеть тебя каждый день. Вместе ложиться и вместе вставать. Чувствовать тебя. С тобой завтракать. Я не хочу тебя ни с кем делить. Все равно, с какой сестрой. Мне наплевать, что скажут люди и, как мы построим наши отношения. Я потеряла голову, Витенька. Я в тебя влюбилась, втрескалась по уши. Я не знаю, сколько продлится мое счастье. Год, два, пять. Я головой понимаю разницу в нашем возрасте. Но, если хочешь, мы через полгода можем уехать в любой город СССР. За эти полгода мы будем иметь деньги на дом или квартиру в любом приморском городе, любую машину и возможность выезжать на любые курорты. Я дура, я совсем потеряла голову. Прошу тебя, переезжай ко мне. Живи у меня, со мною рядом.
Она встала, взяла меня за руку и повела в спальню. Там бережно, как китайскую вазу времен Мин или как хрустальный резной бокал, положила на кровать одетым. Легла в одежде рядом. Повернулась ко мне, положила пальцы на губы. Начала водить пальцы по губам. Целовала меня в шею, щеку, добралась до моих губ. Сначала целовала их осторожно, но потом наползла на меня, легла всем телом. Забрала мои ноги между своими, сжала их. Начала двигаться на мне, пытаясь почувствовать мой член. Мой член сразу откликнулся. Она почувствовала это. Я понял, что пропал, и мне никак не отвертеться. А она уже расстегнула мои брюки, вытащила мое богатство наружу, опустилась вниз. Захватила его губами. Я взвыл, так там все напряглось. Я уже хотел секса. В этот момент я уже никому ничего не хотел объяснять. Плоть взяла верх над разумом. Но мой вопль воспринят Эммой по-своему.
Она схватила мою голову ладонями и начала покрывать лицо поцелуями, повторяя: «Прости меня, прости». Я понял, что сама судьба подсказывает мне выход, иначе сидеть мне в великом тупике.
Мы продолжали лежать в постели, но Эмма попыток больше не делала. Чуть успокоившись, я решил уточнить у Эммы, как она представляет нашу совместную жизнь. Ведь быть возле нее и не трогать ее я не смогу. Но это может в любой момент привести к кровотечению.
— Таким образом, шумихи вокруг нас будет море, а толку от меня никакого. Кроме того, мне надо разрулить наши отношения с Валентиной. Она твердо собирается за меня замуж. Наша совместная жизнь с тобой Эмма, будет ударом для обеих сестер. И для Валентины, и для Зои.
Эмма выслушала все доводы и спросила:
— А что предлагаешь ты? Как же нам получше поступить?
Я ответил, что быть с женщиной, в этом случае, месяца три-четыре не смогу. Я. вместе с Эммой хочу решить судьбу Валентины. Выдать ее замуж за приличного человека. Какого именно, я подберу. Представлю на утверждение Эмме. Валентине он понравится. Эмма жениха утвердит, тогда они и распишутся. С Зоей я серьезно поговорю сам. Думаю, за эти три месяца я все улажу. Но очень хочу получить подтверждение, что мы с тобой будем периодически встречаться, хотя бы раз в неделю. Будем внимательно следить за состоянием моего здоровья. На что я рассчитывал в этот момент, я не знаю, но верил, что решение придет в свой срок. Очень надеюсь, что выкручусь. Жить с Эммой у Эммы в мои планы не входило.