— А дальше?
Андрей сказал, что он где-то около часа успокаивал эту девушку. Но тут выяснил, она должна матери купить какое-то дорогостоящее лекарство и продукты — хлеб, молоко. Я хотел еще съязвить, но что-то меня остановило. Хотя через минуту я понял, что именно. Андрей очень умный, рассудительный и внимательный. Поймать его на такой мякине невозможно. Тогда есть какая-то тайна, а он ее не рассказывает. Очень интересно получается. Андрей бросил все свои дела и пошел домой к этой девушке для знакомства с ее мамой. Хотя девушка Надя не хотела его вести к себе домой, Андрей все же ее убедил. По дороге он купил хлеб, булки, печенье, молоко, кефир. Мама оказалась действительно лежачей больной. Ей обязательно надо пройти курс лечения. Андрей зашёл на кухню. Залез в холодильник. В холодильнике пусто. Андрей полез по кухонным шкафам. Нет сахара, чая. В банке горстка гречки и полпачки макарон. В квартире очень чисто и опрятно. Андрей взял у них хозяйственную сумку, рецепт в аптеку на лекарства. Через час Андрей вернулся, неся хозяйственную сумку и два больших пакета. Он купил им лекарства. Купил крупы, сыр, сахар, чай, растворимый кофе, охлажденную большую курицу, хорошую вермишель, картошку, специи, морковь, лук. Одним словом, что нашел в трех магазинах. Даже сумел достать килограмм докторской колбасы. Все это мимо остолбеневшей Надежды протащил на кухню.
Надя с мамой рыдали. Андрей на кухне обработал и разделал курицу. Ножки и крылья приготовил в духовке, а тушку сварил. На бульоне сварил суп-лапшу по-домашнему. Сделал рисовую кашу с молоком, чуть сладкую. Заварил свежего чая. Я прокачивал его рассказ. Зная Андрея и его способности на кухне, представил состояние Надежды и ее матери. Переход от голодной безнадеги к непонятно откуда свалившемуся счастью. Андрей продолжал меня удивлять дальше.
— Я в пятницу никуда не пошел, сидел у них почти до 10 часов вечера. Мать Надежды целый вечер пытала меня, сколько времени я знаю Надю. Почему мы несем какую-то чепуху, вместо того, чтобы рассказать всю правду. На повтор об этой первой сегодняшней встрече она просто обиделась. Надежде 27 лет, работает учительницей английского и французского языков. Не замужем. Все время дома. Мама болеет почти пять лет, а провести весь цикл лечения полностью, нет денег. Пенсионного возраста у матери нет. А инвалидность не дают. Отца нет. Перед болезнью жены 6 лет назад, он пошел на работу и пропал. Поиски результатов не дали. Дочь совершеннолетняя, алиментов платить не надо. Вот так они вдвоем и живут. В первую очередь покупают лекарства. Потом платежи за квартиру, свет, воду, газ. А уже на остальное — питание, одежду и прочие расходы денег не хватало. Сегодня я купил Наде две полных путевки на 24 дня. На мать и на нее. Она должна быть рядом возле матери. Завтра отвезу их в Хмельник, оплачу там все расходы на лекарства и дополнительные процедуры. Поговорю с главврачом. Пусть сделают все для того, чтобы поставить мать Нади на ноги. Если надо, пусть оставляет еще на 24 дня. Путевки я оплачу.
— Я одобряю и поддерживаю. Если тебе надо деньги, то я в доле. А теперь скажи, чем все это вызвано? Откуда у тебя такой приступ человеколюбия?
Андрей ответил, и я надеюсь, честно:
— Она такая щуплая, несчастная. Сидит. Плачет. Такая беззащитная, а кроме всего прочего, она мне очень понравилась. Завтра я вас познакомлю. Ведь ты повезешь нас на машине в Хмельник? По дороге поговорим. В Хмельнике все вопросы решим. Это все отнимет у нас максимум четыре часа. Ты же выкроишь для меня четыре часа? Как будущий родственник.
Я поперхнулся чаем. Хотя, по правде, я готов породниться со всем семейством, хоть завтра. Кашляя, я кивнул головой.
— Ну, вот и хорошо, — сказал Андрей. — Завтра выезд в час дня. Туда около 70 км. Это час в дороге туда и час обратно. За два часа мы свободно их разместим и выясним все вопросы.
Я долго не мог заснуть, переваривая все новости, где море белых пятен. Утром я встретился со своей командой. Куц мне сообщил:
— Надо пять дней. Завтра до 12 часов нужно поездить со мной и поставить все подписи. Практически все уже согласовано.
Павел приехал с проектами и оттисками штампов, печатей и фирменных бланков. Мы все рассмотрели, обсудили и дали добро на изготовление. Обещали нам все сделать в течение недели. Ефим привез всю необходимую документацию, инструкции, журналы, ведомости и т. д. Мы вчетвером все это перечитывали, кое-что изменили, но в целом одобрили. Пусть распечатывает до необходимого количества. Ефиму дали задание закупить канцелярские принадлежности для трех кабинетов.