– Очень, – наконец призналась и себе и Анне. – Но ничего у нас не выйдет.
Подруге я аргументировала своё отношение к Эйдану почти так же, как и ему. Разве что слова подобрала не такие резкие. И всё равно пока говорила, чувствовала себя хуже некуда, ведь на самом деле это не мои мысли… Лишь ложь, чтобы отдалить его от себя.
И я очень надеялась, что она сработает.
С Анной мы проболтали до самой ночи. Про Кая, который в очередной раз сцепился с Селвином Харрисом, когда он вздумал зажимать Анну в углу под лестницей. Подруга очень беспокоилась за моего двоюродного брата, но её грела мысль, что Кай может что-то к ней чувствовать. Она-то давно призналась самой себе, что этот весёлый и компанейский парень запал девушке в душу. Пусть он младше Анны на год, но уже сейчас эта разница в возрасте незначительная. А спустя пять или шесть лет и вовсе станет незаметной.
Ещё мы говорили о Хелле и моём с ним походе на вечеринку со всеми вытекающими. Об этом я могла поведать свободно, опуская разве что свои открывшиеся способности. Пришлось признаться и в этом поцелуе, но тут уж врать было не обязательно – я действительно поддалась пагубному влиянию атмосферы. А ведь мне теперь и с Блэком нужно налаживать общение, ведь я не представляла себе жизнь без него… Команда парней неожиданно заняла слишком много места в моём сердце.
Оказалось, что у Анны были припрятаны коробка конфет, печенье и бутылка лёгкой ягодной настойки, которая, ожидаемо, на меня почти не подействовала. Зато заснула я легко, едва закрыла глаза. И проспала под боком у подруги всю ночь до самого утра.
Пока блаженную тишину не нарушил требовательный стук в дверь.
– Кого там принесло? – простонала я, силясь разлепить глаза.
Анна сообразила выбраться из кровати быстрее меня, прошествовала к двери и отодвинула щеколду.
– Никки тут? – взволнованный голос Эйдана вынудил подскочить с кровати, как шмелем ужаленной.
Поймав нерешительный взгляд подруги, жестом попросила её от него отделаться, но не вышло. Отодвинув её хрупкую фигурку, Линч решительно вошёл в спальню.
А у меня дыхание перехватило, потому что сутки без него ничего не значили и ничего не изменили. Я слишком сильно погрязла в своих нелепых чувствах, я слишком сильно скучала и слишком сильно хотела к нему прикоснуться…
Но Эйдан гневно сверкнул карими глазами и едва не заскрежетал зубами.
– Нашлась, значит. Ты хоть представляешь, как я волновался?! Ты… – недоговорив, он замолчал. Перевёл дыхание и продолжил, разворачиваясь к выходу. – Жду в коридоре. И не уйду, пока не соизволишь выйти.
Глава 3. Часть 2
Пришлось встать, быстро умыться в уборной и расчесать волосы влажными пальцами. На большее я была неспособна. Прочь из спальни шла на едва гнущихся ногах. Знала, что встреча с Линчем неизбежна, но всё равно руки потряхивало, а сердце забилось пойманной птицей где-то в горле. Взглядом я попросила у Анны прощения за неудобства и молча выскользнула за дверь.
Эйдан не соврал. Он дожидался меня у противоположной стены коридора и с моим появлением отлепил от неё мощную спину.
– Доброе утро, – как можно более нейтрально поздоровалась я.
Ответом мне послужили горящие гневом глаза. Да такие яркие, что хотелось зажмуриться, но этого делать я не стала. Перевела взгляд на его чётко очерченные губы, сейчас сжатые в тонкую линию, и тихо выдохнула.
Как мне теперь держать себя в руках с ним рядом? Это невозможно. Это тяжело. Это... невообразимо приятно и одновременно страшно.
– Доброе? – прошипел Эйдан. – Если бы я спал, может, оно было бы добрым. О чём ты думала?
Всеми силами не о тебе. Естественно, этого я не сказала, а лишь пожала плечами, направляясь прочь. К лестнице на первый этаж и прямиком к выходу из общежития. Эйдан не отставал. Кто бы сомневался. Его упрямству я в детстве завидовала, но сейчас оно казалось досадной помехой.
– Мне жаль, что у тебя проблемы со сном.
– Я написал твоему брату, и он сказал, что Анны тут не будет в выходные, – ага, подумала я. Её поездка к семье сорвалась из-за ливней на Четырнадцатом осколке. – Я прыгнул к нам домой, но твой отец тебя не видел с начала осени! Обежал всё здание два раза, Никки! Искал и ждал тебя, – похоже, потеряв терпение, он взял меня за руку, вынуждая остановиться на лестничном пролёте. – Ты могла хотя бы леталку отправить!