— Магда, ты в порядке? — уже в который раз тревожно спросила она. — Ты сама не своя.
— Ничего, — Магда улыбнулась через силу. — Устала.
Эдварда не поверила, но расспросить не успела. В класс вошла фрау Аннегрет, девочки разом замолкли. Прозвучало такое привычное: «Bonjour, Mesdames! Asseyez-vous» (1), и урок начался.
Фрау Аннегрет медленно и педантично рассказывала, как пройдёт проверка знаний. Каждая должна будет встать у доски и перевести пару предложений, проспрягать глаголы, объяснить правила… Магда слушала, слушала и вдруг осознала, что совершенно не понимает, о чём говорят вокруг неё. Она даже не сразу вышла, когда дошла очередь отвечать.
— Mademoiselle Fiedler, — фрау Аннегрет сложила руки за спину, — veuillez traduire ce texte (2): «Какая ненастная погода! В такой дождь лучше сидеть дома…».
Магда медленно выводила слова и чувствовала, как пальцы леденеют и перестают слушаться. Буквы становились всё кривее и кривее, она чувствовала кожей, что фрау Аннегрет сверлит её сердитым взором… А потом вдруг класс окутала серая дымка, ноги подогнулись, и она упала, проскрипев мелом по доске до самой стены. Ещё балансируя на грани, Магда чувствовала, что её хлопают по щекам, несут на улицу, слышала чей-то испуганный возглас… Но не понимала, что происходит. В ушах звенело, словно в голову вставили тысячу колокольчиков.
— Что с ней такое, герр Майер? — донеслось, как сквозь толщу воды.
— Ничего страшного, — ответил мужской голос. — Вон какая худая. Голодный обморок, несомненно. Девочки гонятся за талией. Нашатырь быстро вернет нашу беглянку из бессознательного в сознательное.
В нос ударил едкий запах. Магда сморщилась, но глаза не открыла. Её тошнило, голова кружилась. Ватку с нашатырём настойчиво пихали чуть ли не в рот. Магда попыталась отвернуться и застонала тихо и жалобно.
— Всё, всё, герр Майер, не трогайте, пожалуйста! — по возгласу она узнала Эдварду. — Ей плохо, видите?..
— Вижу, и нашатырь поможет.
Но ватку он, всё-таки, убрал. Магда замерла, прислушиваясь. Тишина. Какая-то слишком зловещая. Она с трудом разлепила веки. Вокруг стояли Эдварда, герр Майер и фрау Аннегрет, в чьих болотистых глазах читался страх. Герр Майер нарочито спокойно сунул склянку в свой карман, словно пытался делать вид, что все в порядке. Эдварда глядела в пол.
Магда судорожно обхватила плечи и поняла: кофты нет. Видимо, сняли, когда она упала в обморок. Конечно, тут же заметили её руку! Как глупо она раскрыла секрет, так тщательно скрываемый ото всех!.. Всего неделя прошла…
— Фидлер, кто вы? — поинтересовалась почти шепотом фрау Аннегрет.
Магда шумно сглотнула и промолчала.
— Фрау Аннегрет, Магда, — герр Майер поманил их рукой. — Эдварда, ждите здесь и не смейте уходить и говорить с кем-либо.
В кабинете герр Майер подробно расспрашивал: как она получила такое предназначения, как давно скрывает, что чувствует, знают ли родители, известно ли кому-то в школе. Магда отвечала на до боли одинаковые вопросы, уцепившись взглядом за фигурку собачки на столе. Да, родители знают. Неделю как прячется. Никто в школе не в курсе, по крайней мере, до сегодняшнего дня. Да, она понятия не имеет, почему… Больше всего на свете хотелось снова упасть в обморок и не очнуться.
— Герр Майер, ведь это опасно, — фрау Аннегрет смотрела на свою ученицу чуть ли не с отвращением. — Надо немедленно сообщить в полицию.
— Никому ни слова, — герр Майер покачал головой. — Будет большой скандал, школу могут закрыть. Ни учителям, ни директору, ни ученицам не говорить. Мы будем наблюдать сами.
— Что же делать с Эдвардой? — фрау Аннегрет зябко повела плечами.
— Она не скажет, Эдварда — девочка умная, я с ней поговорю, — герр Майер взглянул на Магду, сидящую истуканом перед ним. — И Магда умная. Тоже не скажет. Ничего не произошло. Фидлер, я освобожу вас от занятий сегодня. Идите домой, — а затем, понизив голос, добавил: — И постарайтесь больше не делать глупостей, которые могут вас раскрыть. А еще помните: за вами отныне наблюдают. Ваша кофта. Наденьте.
Магда кивнула. Хотелось скорее выбежать из кабинета, но она чинно вышла, не забыв попрощаться. Так же чинно прошествовала по коридорам под любопытными взглядами девочек и вышла на улицу. У дверей школы ждала Эдварда.
— Вот, твои книжки, — она подняла с пола неровную стопку. — Я все же ослушалась и сбегала за ними в класс. Сложила, как могла. Ты бы забыла их.
Магда посмотрела ей в глаза и вдруг разрыдалась, хотя еще утром казалось, что уже всё выплакано.
— Ты чего? — испугалась Эдварда, схватив её за руки. — Не реви! Опять хлопнешься без чувств!
Магда не могла ответить. Её мелко трясло от рвущихся наружу чувств.