Его рывок в мою сторону делает мое падение необратимым.
Моя магия сопротивляется напору алых потоков, а тяга излома ощущается непреодолимой.
А затем сила алых и синих вихрей истончается, меркнет, рассеивается, и я падаю.
Я бы предпочла упасть на землю, но я падаю в пропасть излома.
— Нет, — ревет его искаженный маской голос будто бы у меня прямо в голове, — нет! Заставь магию работать на себя. Сопротивляйся!
Моя рука вытягивается сама по себе: может быть, чтобы направить вихри в нужную сторону, или, может быть, чтобы дотянуться до Гира Иддина.
— Магия, — шепчу я и сама не знаю причину. — Магия.
— Как твое имя? Твое имя?!
И последнее, что я вижу, — это то, как Гир Иддин сжимает кулаки и старается рвануть за мной, а воздух перед ним, насыщенный метелью, будто бы идет трещинами как разбитое стекло.
Глава 3
Кто-то задевает мое плечо, наспех извиняясь. Оборачиваюсь, а незнакомца и след простыл. Площадь, скрывающаяся в тени центральной станции, заполнена толпой.
Что за ерунда здесь происходит?
Меня затянуло в излом Черты, когда магия иссякла! И воевода Иддин сиганул за мной. Такое ни с чем не перепутаешь.
Что я здесь делаю? Как здесь оказалась?
Я же стояла прямо на этом месте вчера. К мастеру Уругу, у которого я проживаю, пожаловал сам Цолох, один из самых почитаемых и влиятельных старейшин Совета. Он настоятельно пригласил меня присоединиться к экспедиции, и я была вынуждена согласиться. Было велено явиться сюда, к белокаменной площади возле станции.
Тогда я ожидала группу ученых, и вместе с ними появился и дроид…
… ЦУ-55, который прямо сейчас и спешит мне навстречу. Кое-где дряхлые пластины держатся на его туловище-цилиндре едва ли не на последних соплях.
Оглядываю свои вытянутые ладони словно они могут ответить на вопросы.
И принюхиваюсь к рукаву, ведь на Коге я пролила несколько капель топлива на одежду, когда поджигала стеклянного монстра.
Рукав — сухой и чистый.
На мгновение мир сереет, хотя на небе и не наблюдается туч. Я точно упала в излом. Точно. Черта тянула меня и я летела вниз спиной. До этого Гир Иддин удерживал мое тело в воздухе, и какое-то время не позволял мне упасть.
— Вивьен Витро?
Все в точности, как и было вчера.
Сухощавый старик в темно-зеленых одеждах рассматривает мое лицо, протягивая пластину, и к нам присоединяется группа людей в белых накидках. Сейчас ЦУ-55 дернет меня за рукав, а старик назовет свои имя и огорошит меня новостью о портале.
Дроид дергает меня за рукав.
— Арол Дошодде, — слегка кивает ученый и теряет ко мне интерес: — Туда путь держим порталами, а заберет нас шаттл.
Меня не прошибает холодный пот, лишь потому что виски уже сдавило жаром, что ощущается по-странному сухим. Каждая мысль в голове будто лопается.
Светило не в зените, а создается впечатление, что я нахожусь в эпицентре гибели настоящего Солнце-гиганта.
И наконец-то происходит то, чего вчера не случалось.
— С вами все в порядке? — рослая женщина в белой накидке разглядывает меня, и кожа на ее лбу разглаживается, а морщины исчезают.
— Вроде ничего плохого не случилось, — медленно отвечаю я и снова оглядываюсь.
Вот мостовые Мароша, очерченные стальными линиями. Вот гул и разговоры столичных горожан и путешественников, заворачивающих к станции. Вот страж в лиловой куртке с металлическим воротом, высматривающий что-то на небе.
Все осталось по-прежнему. А то, что случилось над Чертой — возможно, этого и не произошло.
— Следуйте за Иваком, — указывает Дошодде на помощника и даже не удосуживается наградить меня взглядом.
Участники экспедиции постепенно разворачиваются в одну сторону, чтобы следовать к неприметному серокаменному особняку, через подземелье которого мы потом и выйдем к залу с подготовленным порталом.
Только я решаю никуда не идти. Ни к порталу, ни в снежные объятья Коги.
Я никогда не хотела возвращаться туда, и мне… не нужны проблемы. Впервые я осознаю, что наш двор с Уругом, где гончарный мастер приютил меня по наставлению храма после эвакуации, — это теперь мой дом. Потому что в эту секунду я хочу туда вернуться больше всего на свете.
Тяжелый взгляд воеводы Гира Иддина вспыхивает в памяти, и меня знобит лишь от одного предположения, что я снова увижу его на Коге.
Он прыгнет с шаттла и будет повелевать воздухом, будто он уже завоевал Саргон. Залезет мне прямо в голову, а алые вихри выдохнут теплом мне прямо в лицо.