На дне «моря» срубили лес, разобрали дома, перенесли свыше 600 селений и 6 городов. Окна в плотине закрыли — и все, что, осталось, медленно погрузилось в воду.
Весьегонск и Пошехотье-Володарск, от века сухопутные, превратились в «морские порты» с пароходным сообщением. Вода на севере подошла к Череповцу на железной дороге Ленинград — Вологда, и Череповец стал волжским «аванпортом» Ленинграда.
Все окрест изменилось. Желтеет свежий пляж под размытым косогором. Ствол дерева опрокинулся в воду, но еще цепляется за берег лапами корней. Засохшая сосна стоит по пояс в воде. Холмы превратились в острова. Жители заботливо свезли с них лосей. Кувшинки цветут там, где цвели ромашки. Нет-нет, со дна всплывает торфяной массив и блуждает, как пловучий остров. У берега колхозники пашут, и уже не черные грачи, а белые чайки летят за плугом.
Щербаковский гидроузел задерживает много талой воды и уменьшает наводнения: в Ярославле, ниже Щербакова, раньше Волга вздувалась весной метров на десять, а теперь поднимается всего лишь на три-четыре метра. А летние глубины увеличились на метр.
«Попуски» из «Рыбинского моря» стали сказываться до Камского Устья и ниже. Где-нибудь под Ульяновском волна забежала на прибрежный песок, вчера ее там не было. Пароход не царапнул дно на отмели. Знай: за тысячу километров вверх по течению на бетонной плотине был поднят щит. В Щербакове думают об Ульяновске: свидетельство единства страны, живущей одним хозяйством, одной разумной волей.
Эта переделка затронула лишь верховья реки, лишь макушку ветвистого дерева, а уже налилась новой силой Центральная энергосистема, глубокосидящие астраханские речные корабли дошли до Москвы. Нужно было спуститься еще ниже, наложить руку не на верхнее, а на среднее течение Волги, где она и шире и сильнее, и тогда «отдача» была бы еще щедрее, еще весомее. Промышленность росла и все больше требовала энергии, грузы не вмещались в прежние суда…
И лишь кончилась война, у Горького стали строить еще более мощную гидростанцию, чем Щербаковская. Там, у Городца, перед слиянием с Окой, волжский поток примерно равен Днепру у плотины Днепрогэса. Еще миллиарды киловатт-часов энергии, подпор воды к Щербакову, новая западня для весенних вод, увеличение волжских глубин от летних «попусков». Фронт покорения Волги спускался все ниже.
Тут началось и движение с фланга: возводилась гидростанция на Каме в уральских предгорьях. У этой станции своя конструкция, агрегаты устанавливаются в самом теле плотины, устроен шлюз для сплава леса.
Оставалось сделать решающий удар — взнуздать Волгу на самом ее разбеге, на гребне ее могущества, еще ниже по течению, где она, приняв Каму, разливается во всю свою ширь. Тогда проблема реконструкции Волги была бы в основном решена.
И Советская страна не стала долго ждать. Она взялась за это всего лишь через пять лет после окончания войны. Назрела потребность, и скопились силы. Началось сооружение величайших в мире Куйбышевской и Сталинградской гидростанций — по три-четыре Днепрогэса каждая.
Нигде и ничего не строили еще на земле более громадного и более трудного.
Прежде чем протянуть стену плотины в пять километров длиною, прежде чем взгромоздить эту немыслимую тяжесть на мягких грунтах, надо было прощупать каждый шаг. В волжской долине выше Куйбышева топографы исколесили такой маршрут, что, сменяя друг друга, могли бы, пожалуй, дойти от Северного полюса до Южного. Гидрологи для промеров за одну зиму пробили в мертвом волжском льду более сорока тысяч лунок. Геологи пробуравили толщу земли общим счетом в сто километров.
А потом началась циклопическая работа строителей: подвести железнодорожные ветки, навесить над Волгой канатные дороги, разбить поселки, вогнать в дно реки стальной забор, углубиться за ним экскаваторами намного ниже русла, уложить гору бетона, намыть вал земли поперек всей реки и по ее гребню пустить автомобили и поезда, устроить шлюзы и смонтировать агрегаты, ростом каждый с десятиэтажный дом. Пятилетие ни на час не затухающей работы в борьбе с напором течения, с корой зимнего льда, с сочащейся подземной влагой, с рыхлостью или трещиноватостью пород.
Отовсюду пошла помощь. Поступили на стройку автоматические бетонные заводы — они изготовлены в Москве; присланы многоковшовые электрические экскаваторы — они из Киева; гигантские автомобили-самосвалы — они из Минска; турбины — они из Ленинграда…