Не вся еще речная вода Средней Азии взята для орошения, далеко не все еще плодородные и пригодные для хлопчатника почвы орошены. И прежде всего еще недостаточно использованы воды самой большой реки в Средней Азии — Аму-Дарьи.
По многоводью Аму-Дарья почти равна Нилу. Она начинается у подножья Памира, спускается с гор, выходит на равнину, пересекает ее и впадает в Аральское море. Туда река сбрасывает сейчас зря каждую секунду около 2 тысяч кубометров воды.
Вода Аму-Дарьи вдвое богаче плодоносным илом, чем вода Нила, — у нее цвет кофе с молоком. Река не только орошает посевы, — она и удобряет их.
Самый важный район, орошаемый сейчас Аму-Дарьей, — Хорезмский оазис в низовьях реки. В этом оазисе за пределами ныне орошаемых земель сохранились остатки старых каналов, развалины городов и крепостей. Здесь располагались владения древнего могущественного Хорезма; исследователь Хорезма советский археолог Сергей Толстов назвал его «среднеазиатским Египтом».
Некоторые из русел древних каналов выражены еще достаточно отчетливо. Туда после земляных работ может быть пущена вода.
Но главные работы на Аму-Дарье идут сейчас в другом районе, южнее.
Лет двадцать пять назад был сделан опыт сброса вод Аму-Дарьи в пустыню Кара-Кумы. Из года в год на тридцатом километре Бассага-Керкинского канала, в юго-восточном углу Туркмении, аму-дарьинскую воду сбрасывали в пустыню. Водный поток отнимал у песков километр за километром. Лопатой ему помогали размывать холмы по дороге. Вода медленно продвигалась вперед. Она прошла по Кара-Кумам несколько десятков километров.
Сначала песок воду впитывает. Потом он покрывается слоем плодородного ила до полуметра толщиной. Вырастает камыш. В оазисе селятся птицы. Прибегают на водопой джейраны. Всходят посевы хлопчатника, люцерны, пшеницы.
Ныне в этом районе работы продолжаются, но уже в несравнимо более крупном масштабе. Идет строительство первой очереди Кара-Кумского канала. Сначала пересохшее русло Келифского Узбоя, остаток древнего русла реки Балх, поведет часть аму-дарьинской воды через пустыню на запад, а далее вода пойдет по вновь вырытому руслу.
Трасса канала берет начало около селения Бассага южнее города Керки. На Аму-Дарье не строится никакой плотины. Сначала новый канал совпадет с Бассага-Керкинским каналом и пойдет по населенному оазису, потом образует обширное озеро-отстойник, углубится в песчаную пустыню, у станции Захмет пересечет железную дорогу и около Мары вольется в Мургаб. Канал первой очереди имеет в длину свыше 400 километров. Мургабскому оазису — главному оазису Туркменской республики — сейчас не хватает воды. Он получит обильную аму-дарьинскую воду. Площадь поливной земли в оазисе удвоится.
В будущем канал пойдет дальше на запад и обводнит еще и соседний Тедженский оазис. Это вторая очередь строительства. А впоследствии канал протянется к району Ашхабада, обводнит речки, стекающие с Копет-Дага, и закончится около селения Арчман. Длина всех трех очередей канала составит почти тысячу километров. Общий прирост орошаемых площадей превысит полмиллиона гектаров.
Вдоль канала лягут не только орошенные земли, пригодные для лучшего тонковолокнистого хлопчатника, но и земли обводненные, а это даст возможность развить животноводство. Поперек пустыни протянется судоходный путь со шлюзами и гидростанциями. Весь юг Туркмении обновится.
Так воду Аму-Дарьи выведут на левый берег. Но воды в этой могучей реке хватит на то, чтобы оросить большие пространства и на правом берегу.
Будет время, когда канал поведет аму-дарьинскую воду из района Келифа на север, к низовьям Зеравшана, к Бухаре. Когда-то Зеравшан впадал в Аму-Дарью, а придет время, аму-дарьинская вода потечет к долине Зеравшана…
Канал пройдет более 500 километров по Каршинским степям, даст им воду и электрическую энергию, преобразит весь запад Узбекской республики.
Географию среднеазиатских оазисов нужно будет писать заново.
Чтобы расширить возделанную землю, советский человек двинул на пустыню отряды экскаваторов, землесосных и гидромониторных установок, прицепных землеройных механизмов.
Придет время, когда мы обратим против ныне безводных пустынь и подземные реки.
Стекая с гор, вода не вся сохраняется в руслах — часть ее просачивается в грунт и образует подземные потоки, иной раз более многоводные, чем те, которые бегут по поверхности. Кое-где в Кара-Кумах эту воду вскрывают глубокими скважинами. А в пустыне Муюн-Кумы веда с далеких гор сама вырывается наружу обильными холодными ключами среди горячих песков. Часть пустыни можно будет напоить подземной влагой. Но это дело будущего..