Новые хозяева теперь у дома с железной крышей. Не кулак живет в нем, а трудовая колхозная семья. А может быть, занят он под сельсовет. Или разместилось там правление колхоза. И в дом, куда раньше крестьяне заходили как просители и должники, ломая шапку и кланяясь, теперь они входят как равноправные участники своего артельного, колхозного хозяйства, не знающие кабалы и зависимости, исполненные достоинства советские граждане.
Возле правления колхоза — клуб, оттуда раздается голос радио, а по вечерам — стрекот киноаппарата. Вот ясли — они облегчили жизнь деревенской женщине. Вот дом с большими окнами — это школа. А в ином селе мы найдем и стадион и даже колхозный театр, устроенный сельской молодежью. Из года в год множатся форпосты культуры, продвинутые Коммунистической партией и советской властью в самые глубины нашей страны, нашей жизни.
Войдите в избу — электрическая лампочка, стопка книг, городская одежда, городская утварь. Новая жизнь у обитателей сельского дома и новые, невиданные раньше в деревне профессии: тракторист, шофер, механик, электромонтер, библиотекарь.
И еще деталь в облике советской деревни — производственные колхозные постройки. Они вошли в жизнь нашей деревни непременной, обязательной чертой. За рядами изб, ближе к полю, длинные здания с небольшими окнами: животноводческая ферма. Скат земляной крыши с высокими деревянными трубами — колхозное овощехранилище. Поблескивают стекла: там теплицы. Сарай с сельскохозяйственным инвентарем. Высокая силосная башня. Дальше — широкое поле, лишенное межей. Черты общественного хозяйства, крупного и культурного, неизвестного старой, единоличной деревне.
Недавно село Кузьмино-Гать на Тамбовщине отпраздновало свое трехсотлетие. Большой путь прошло это старое русское селение — от крепостного права до социалистической жизни. Оглянулись колхозники на прошлое, сравнили его с настоящим.
Урожайность увеличилась. Прежде в селе не было ни одного плодового дерева, а теперь молодые сады занимают сто гектаров. На полях, прежде открытых дыханию суховеев, заложены полезащитные лесные полосы. Налажено искусственное орошение — оборудованы насосные установки. Все колхозные службы и крестьянские избы — с электричеством. В селе — Дом культуры с библиотекой и кино, четыре школы. Из крестьян этого села в советские годы вышло 80 инженеров, врачей, агрономов, педагогов…
Перенесемся из русской деревни куда-нибудь в Среднюю Азию. Там тоже перемены. В Янги-Юльском районе под Ташкентом, скажем, сейчас нет ни одного колхоза, который не имел бы миллиона рублей годового дохода. Этот материальный расцвет сочетается с ростом культуры.
Разве может сохраниться в таких условиях прежний облик кишлака? Нет, конечно, — люди украшают свои селения, перестраивают жизнь.
Колхозники артели «Правда» в Ферганской долине создали парк культуры и отдыха. Посадили фруктовые деревья и виноград, построили чайхану-читальню, летний клуб. Колхозная электростанция дает свет и в клуб, и в аллеи парка, и на площадку для игр.
Артель «Сталинчи» построила во фруктовом саду дом отдыха для колхозников — с библиотекой, с бильярдной, с полным набором национальных музыкальных инструментов.
Великие перемены в жизни, в быту, в сознании…
В послевоенное время многое пришлось отстраивать заново. Фашистские варвары разрушили и сожгли более 70 тысяч сел и деревень. Отступая под ударами наших войск, гитлеровцы бегали с пылающими факелами от дома к дому, стремясь все спалить, оставить после себя «зону пустыни».
Сгорели дома, зачернели пепелища, испещрились окопами и воронками поля… Но колхозы были живы, жив был советский народ. Новое, растущее, рожденное самим народом — неистребимо. С помощью государства колхозы быстро отстроили свои селения. Исчезли землянки. После войны в селах нашей страны построено более четырех миллионов домов. Снова выросли здания животноводческих ферм, амбары, клубы, школы, стадионы и жилые дома.
Перед войной на Украине, в Белоруссии колхозники переселялись с мелких хуторов в крупные, благоустроенные поселки. Они создавали эти поселки любовно, по продуманному плану — с общественными постройками в центре, с зелеными садами и скверами, с прямыми широкими улицами, вдоль которых шли тротуары и столбы с электрической проводкой. Так и сейчас во многих местах Прибалтики по желанию колхозников и с помощью государства строятся колхозные поселки, куда люди переселяются с разбросанных хуторов.
Советская деревня обновляется. Колхозники уже не довольствуются избами старого типа, а строят новые, благоустроенные жилища — просторнее, выше и светлее, в несколько комнат, с террасой.