Завод знает свое дело: он специализирован.
Заводы расчетливо связаны друг с другом: они кооперированы.
Специализацию и кооперирование заводов — продуманную систему разделения труда — нам легко осуществлять, потому что у нас нет частной собственности на средства производства, наше хозяйство социалистическое, плановое.
А вот что бывало раньше, при бесплановом, капиталистическом хозяйстве.
Предприятия в царской России были крайне слабо специализированы: Путиловский завод, например, выпускал почти все машины, какие только производились в стране, Глуховская текстильная фабрика вырабатывала ткани 873 сортов.
И связь между предприятиями была беспорядочная. На Верхне-Уфалейском металлургическом заводе Урала стояли домна и сутуночный стан, на Нижне-Уфалейском заводе, в двадцати двух километрах, — мартен и кровельные клети. Чугун с Верхнего Уфалея везли на Нижний, сталь, выплавленную из этого чугуна, — с Нижнего на Верхний, сутунку — с Верхнего на Нижний, и, наконец, кровлю с Нижнего Уфалея везли опять-таки мимо Верхнего на железнодорожную станцию.
Нам нужно смелее и шире вводить кооперирование и специализацию, их уровень еще недостаточен.
Есть у нас и такие предприятия, которые сами производят целый комплекс изделий.
Это — комбинаты.
Некоторые комбинаты разносторонне используют сырье. На Сталиногорском комбинате подмосковный уголь служит и сырьем и топливом; он дает синтетический азот и электрический ток.
Другие комбинаты основаны на переработке отходов. На Магнитогорском комбинате отходящие коксовые газы дают начало химии.
Третьи комбинаты совмещают в одном месте все ступеньки обработки сырья. На Ташкентском текстильном комбинате хлопковое волокно прядут, пряжу здесь же ткут, а ткани красят.
Четвертые — с основным производством сочетают вспомогательные.
А в иных комбинатах сочетается несколько принципов.
В годы довоенных пятилеток был создан самый замечательный из советских комбинатов — Днепровский. Дешевая энергия Днепрогэса собрала вокруг себя семью больших заводов, связанных крепкими технологическими нитями: электросталь, ферросплавы, магний, стройматериалы, химикаты…
Отходы одних производств служили сырьем для других. Работа шла без потерь и без ненужных повторений. Все это после войны пришлось создавать почти заново. Вращаются турбины Днепрогэса, задуты домны «Запорожстали».
Комбинатов, подобных Днепровскому, не было нигде. И уж подавно не было межрайонных комбинатов вроде Урало-Кузбасса. Капиталистическому хозяйству нельзя достичь такой высокой и сложной организации производительных сил.
Комбинаты повышают производительность труда, открывают новые пути использования сырья и энергии.
Они ускоряют рационализацию, дальнейшую переделку нашей экономической карты: в новых районах быстро вырастают крупные, разносторонние индустриальные центры.
Рассматривая сдвиги в размещении советской промышленности, мы будем двигаться по дорогам, проложенным ее отдельными отраслями: уголь, нефть, газ, электростанции, машины, сталь, текстиль…
Но уже теперь мы видим, что на географической карте есть точки, где эти дороги перекрещиваются.
Госплан планирует не только развитие и размещение отдельных отраслей. Он планирует комплексное их сочетание в пределах экономических районов, и это чрезвычайно важно. Ничего подобного не знает и не может знать капиталистический мир.
Отрасли советской промышленности взаимно и согласно сопряжены друг с другом. В Ивановской области, например, комплексно связаны добыча торфа, выработка электроэнергии, производство торфяных и текстильных машин, прядение, ткачество, подготовка красителей…
Подобно этому связаны друг с другом вообще все отрасли нашего народного хозяйства.
Промышленность получает от сельского хозяйства сырье, а сама дает ему машины и удобрения. Деревня посылает в город продовольствие, а сама получает от него промышленные товары. Транспорт связывает все отрасли хозяйства воедино.
Многогранна наша экономика. И социалистическая индустрия играет в ней ведущую, решающую роль. Город ведет за собою деревню. Вместе с ростом промышленности растут, изменяются и сельское хозяйство и транспорт. Обо всем этом свидетельствует карта.
СУДЬБА ДОНБАССА
В черных пластах под землей, в переработанной и спрессованной временем древесине доисторических лесов сгустилась энергия, посланная солнцем. Человек рассек земные слои, силой машин поднял уголь из глубин и бросил его в пламя печей, чтобы послать электрический ток по проводам, выплавить металл, двинуть поезда, согреть свои дома.