Через два часа в палату вошла мама и, вытирая мокрые от слез глаза, погладила дочь по руке. У Леры сверкнули слезы в уголках глаз, и писк аппарата усилился. В палату сразу же вошла медсестра и попросила женщину покинуть помещение, после чего сделала укол и вышла. Девушка медленно погружалась в сон, а перед глазами было знакомое и родное лицо женщины.
Лера смотрела в одну точку, стараясь не отрывать глаз. На этом было сконцентрировано все ее внимание. Лишь бы не думать ни о чем, что ее интересовало. Она очень устала от пустоты внутри себя самой. У нее явно что-то украли. И она не могла понять что и какую часть жизни она пропустила. Чья-то улыбка ярко отпечатывалась в мозгу, но чья она не знала и не понимала вообще ничего. Она ничего не хотела: ни двигаться, ни думать, ни говорить, ни даже ощущать себя и весь мир. Волновала только одна мысль - что у нее украли и что с ней случилось. Закрыв глаза, она начинала искать эту улыбку. Почему-то она была уверена, что ей очень важно знать, чья она. Прошлое в ее голове хранит миллионы дверей, которые она открывала одну за другой, ища того, кому принадлежит эта улыбка. Но память хранила ключи не ко всем дверям прошлого. Одни открывались, стоило их лишь коснуться, а другие поддавались лишь при применении силы. А были двери, к которым Лера никак не могла подобрать ключи. В палату зашел врач, и девушка прервала свои поиски.
- Здравствуй, Валерия. Сегодня уже неделя, как ты пришла в себя. Как ты себя чувствуешь? - девушка смотрела на него, понимая, что он пока единственный, кто может ей помочь. Но говорить с ним совсем не хотелось. Она глубоко вздохнула. - Лера, я, как твой лечащий врач, хочу твоего выздоровления. Результаты обследования говорят, что твои речевые возможности не нарушены. Почему ты отказываешься разговаривать? - она продолжала молчать. - Давай начнем сначала. Я задам тебе вопрос, а ты постарайся на него ответить, хорошо? - она устало кивнула, поняв, что он не отвяжется. - Как ты себя чувствуешь? - он испытующе на нее посмотрел. Она приподнялась на локтях, и когда он наклонился к ней, тихо шепнула ему на ухо:
- Как дерьмо, - врач внимательно на нее посмотрел и, лучезарно улыбнувшись, погладил по голове.
- Это лучше, чем ничего. Очень хорошо. Теперь, Валерия, ты можешь задавать мне интересующие тебя вопросы, - девушка разомкнула пересохшие губы.
- Какой сегодня день?
- Сегодня. Второе ноября.
- Что случилось?
- Ты получила травму головы, после чего потеряла сознание. Что последнее ты помнишь?
- Эту палату, - он что-то записал в блокноте и посмотрел ее глаза.
- Тебя беспокоят какие-нибудь боли, ощущаешь какой-то дискомфорт?
- Болей нет. Дискомфорт от того, что я ничего не понимаю.
- Хорошо, я попробую тебе помочь. А сейчас отдыхай.
Вечером этого дня к девушке в палату зашла мама с девочкой на руках. Лере даже не нужно было открывать никакую дверь, чтоб понять, что маленькая девочка - это ее дочка.
- Лера, привет. Доктор сказал, что ты заговорила?
- Да. Мама, почему ты не приводила Лину раньше? - она протянула руку и попросила жестом посадить ребенка на кровать.
- Михаил Петрович не разрешал. Считал, что твое состояние еще не совсем стабильно.
- Мама, расскажи мне, что произошло?
- А ты что, не помнишь?
- Нет.
- Врач предупреждал меня, что возможна потеря памяти, но сказал, что она восстановится позднее.
- Я не хочу позднее, я хочу сейчас.