- Марк, перестань. Ты же видел ее, она просто не такой человек и так не поступит. Я, скорей, поверю, что она к мужу вернулась, чем в то, что ты говоришь.
- А, может, они правда помирились? И теперь она всячески скрывается от тебя. А поговорить духу не хватает?
- Может быть.
- Ты когда возвращаешься? Через два дня концерт.
- Я уже заказал билеты, вылетаю ночью.
Джон навестил еще пару друзей, поинтересовался, где живут родители Макса, но этой информации ему тоже не дали. Сказали только, что они покинули этот город и теперь живут где-то у родственников в деревне, но адреса, соответственно, не дали, просто никто его не знал.
В душу закрадывалось сомнение, и от этого становилось хуже. Он решил использовать последний шанс - полицию. Там ему сказали, что никто не подавал заявления.
Дальнейшие действия были нецелесообразны. Стало ясно, что сам он не найдет ничего, и Джон решил наведаться сюда чуть позже, возможно, тогда что-то станет более понятным, чем сейчас. Хотя именно сейчас он почему-то уже был уверен, что Лера вернулась к Максу. Боль пронзала изнутри, отдаваясь легкими покалываниями в кончиках пальцев. Он закрыл уставшие красные глаза и обреченно выдохнул. Голова раскалывалась на миллионы маленьких кусочков и требовала аспирина. Заглотив таблетку, он повернул ключ и тронулся с места.
***
Валерия вот уже полтора месяца лежала в этой ненавистной ей больнице. Очень хотелось вернуться домой, но врач почему-то не спешил ее выписывать. Улучшения, конечно, были, голова не болела, передвигалась она теперь без проблем. Память почти вся восстановилась, за исключением незнакомца из снов. Этот промежуток ее жизни так и оставался для нее загадкой. Врач посоветовал после выписки уехать куда-нибудь отдохнуть в реабилитационных целях.
- Михаил Петрович, а мой отдых? Разве мне можно?
- Валерия, я постараюсь вам объяснить более простым языком. Ваша травма головы была не столь серьезна, и причин переживать уже нет. Я делал неоднократное полное обследование, собирал врачебные консилиумы. Мы все пришли только к одному диагнозу, учитывая произошедшие изменения в вашей жизни. У вас большое депрессивное расстройство, клиническая депрессия.
- Интересно, хотя я не удивлена. А разве ваш центр оказывает подобные медицинские услуги?
- Вы для нас исключение. К тому же, я пока не вижу необходимости переводить вас в другое медицинское учреждение. Дабы вы еще не закончили курс лечения, напрямую касающийся вашей травмы. Конечно, я при выписке напишу вам большую петицию о предосторожностях и тому подобное. Но вам в первую очередь нужно все-таки просто научиться жить без мужа. У вас заботливая мама, маленькая прелестная дочь. У вас еще вся жизнь впереди.
- Я знаю, Михаил Петрович. Спасибо вам за поддержку. Но для начала мне бы очень хотелось вернуть то, что принадлежит мне по праву. И неважно, какая информация будет содержаться в этом отрывке памяти.
- Восстановление произойдет само по себе, не торопите время и не мучайте свою и без этого больную голову. Вы и так слишком много добились за время пребывания здесь. Ладно, я пойду, Валерия. У меня еще много больных.
Вечером этого же дня после ужина девушка включила телевизор. Листая каналы, она заострила свое внимание на музыкальном канале, по которому транслировали концерт в рамках тура какой-то зарубежной группы. Исполнитель броской наружности с ярко-голубыми глазами пел для нее с телеэкрана медленную проникновенную композицию. Песня взяла за душу, и Лера решила посмотреть выступление. После непродолжительного просмотра в ее голове что-то перевернулось, загудело, и, как старый кинопроектор, стало воспроизводить отдельные кадры из пленки ее памяти, постепенно добавляя недостающие детали пазла. Она охнула и прикрыла рот рукой. Все вставало на свои места. Восстановив полностью всю картину, она продолжала смотреть концерт со слезами на глазах. В палату вошла медсестра и внимательно посмотрела на Леру.