- Почему Алекс Вид не купил картину сам? – задала я очевидный вопрос.
- Не могу сказать, - пожала плечами Мэри, - факт, что есть расписка и были взяты деньги.
Не просто деньги, а очень большие деньги. Да, стоимость нашего дома, всего имущества, даже в хороший день не могла покрыть и половины суммы.
- Я не могу взять на себя такие обязательства, я ничего не знала о сделке.
Адвокат поджала губы:
- Сделка действительна, не сомневайтесь. Вы, конечно, можете не подписывать и тогда Виды обратятся в суд, все ваше имущество пойдет с молотка, вас пустят по миру, и все равно повесят долг на шею.
- Я. Ничего. Не. Знала. О. Сделке. Я ее не заключала, не подтверждала. Почему я должна отвечать за решения, принятые Сашей?
- Потому что так решили Виды, - холодная, пустая улыбка, мгновенно переведшая меня из режима «вежливость» в «ярость берсерка».
- Серьезно?! Что еще они решили?! Похитили, привезли сюда, требуют отдать, все что у меня осталось! Может они и в смерти Саши повинны?!
- Ну полно, хватит, - раздался из-за спины спокойный голос Анастасии, - моя вина в смерти Александра не больше твоей вины, дорогая.
От слов, от тона окатило словно ушатом ледяной воды. Что она имеет в виду? Что она невиновна или что я тоже… виновна? Что она хочет сказать?
Последний вопрос задала вслух.
- Подпиши сперва бумаги, - жестко произнесла Анастасия, а потом захватила мой взгляд своими глубокими омутами синих очей.
Минута, две, она продолжала смотреть, а я чувствовала нарастающий дискомфорт. Может не стоит становиться в позу? Может все же лучше, действительно, не злить этих двух? Они явно имеют отношению к криминалу… Или не только к криминалу? Почему все вокруг такие заторможенные? Наркотики? Или…
Да она пытается меня загипнотизировать! Почему я так решила? Зрачки с синей радужкой пульсировали больно странно, то уменьшаясь, то расширяясь, очень ритмично, убаюкивающе. Зрелище завораживало и повторившийся приказ раздался словно сквозь вату:
- Подпиши документы!
- Нет! – отказ вырвался прежде, чем я это осознала.
Вскочила на ноги, тряхнула головой, отгоняя дурман.
- Я не буду ничего подписывать, пока вы мне не объясните почему так вцепились в наш дом, если он вам на самом деле не нужен?!
Черный зрачок расширился в последний раз, да так и остался. Анастасия вновь надела маску доброжелательности:
- Конечно, не нужен, - не стала она возражать, - просто так было проще. Хочешь оставить дом за собой – пожалуйста, нам, действительно нет до этого дела. До твоих желаний, в смысле.
Что?
Анастасия повернулась к Мэри и прежним повелительным голосом произнесла:
- Алисия Крейн все подписала. Все бумаги заверены.
- Алисия Крейн все подписала. Все бумаги заверены, - повторила слово в слово адвокат, глядя вперед расфокусированными глазами.
- Если возникнут вопросы, ты все решишь.
- Если возникнут вопросы, я все решу.
- Свободна.
- Всего доброго, - попрощалась Мэри, быстро собрала документы со стола и столь же стремительно покинула нас.
Несколько минут и адвокат исчезла из кабинета.
Вот так просто? Что это вообще было?
- Это что – гипноз? – спросила прямо, ибо иные слова не находились.
Женщина пожала плечами:
- Что-то вроде того, - потом, усмехнувшись: - как ты могла заметить, на тебя не действует.
На меня нет, но зато на остальных… Охрана! Вот что с ними произошло! И полиция? И… Саша? Если все так, как кажется, то открыто сопротивляться бесполезно, мне просто никто не поверит, потому что им велят не слушать.
Ощущение беспомощности, загнанности как обычно переплавилось во все ту же ярость, но на этот раз я сдержалась. Неравные весовые категории, не в прямом, так в переносном смысле. Не мне тягаться с Видами – это очевидно. Остается что? Остается затаиться, сделать вид, что смирилась с неизбежным. Вот только еще одна, последняя попытка хоть что-то прояснить: