Одним словом, общество успокоилось понемногу и стало разговоры разговаривать. И поводы для неспешных бесед сами собой отыскались. В каждом конце - свой. Вот, скажем, упала на стол сойка с крыши - чем не повод! А сойка и впрямь упала, прямо-таки рухнула с кромки крыши на стол! Сидела, сидела и вдруг - бац! Шлёп в соус! Отяжела от обильности, объелась всякого разного и утеряла равномерность, сама себя перевесила. Остальные не падали, покрепче держались, а эта не смогла вовремя сообразить, что держаться надо и шмякнулась. Видно, она у них, у соек, была самая главная. Это произошло не там, где запрудники располагались. Ну и хорошо, а то запрудники опять бы ринулись кого-нибудь спасать. Сойка сверзилась там, где обосновались кое-кто из Зыбкиных ближних, из соседнего с её выселками села, и известная цирковая компания, балаганщики. Аккурат между ними. Никто и бровью не повёл, послышалось только задумчивое:
- Эк, её скинуло-то!..
Сойка встала, отряхнулась по-собачьи и пошла вперевалку. На лица соседей от отряхивания пали соусные капельки. Сойка доковыляла до края стола, тяжко спрыгнула наземь и побрела дальше, оставляя за собой соусные следочки. Её провожали невозмутимые взгляды собеседников. Однако, сей случай не мог совсем уж остаться без внимания.
- Вспоминается мне один случай про птичек... - протянул один из застольников.
Лицо его было надёжно сморщено временем, а ярко-голубые глазки светились хитростью и неугомонностью. Не все собеседники знали имечко этого сударя, а ведь это был сам Скорик Живоглаз. Не от него ли Зыбка переняла способность к выдумыванию историй и сказочек? Ведь слышала наверняка Живоглазовы байки... Но этот уважаемый рассказчик не был теперь на подъёме. Рассказик его вышел не слишком ровным и занимательным, а в конце он даже забыл с чего начал. Но с кем такого не бывает? Со всяким бывает. Причём, возможно даже, во всякий раз. Скорик же был переполнен угощением и немало смущён обилием незнакомых созерцателей. Как знать, не перепадёт ли ему от них по макушке другой сойкой или чем-то более весомым...
- Про каких таких птичек, уважаемый? Про соек что-ли? - заинтересовалась публика.
- Нет, судари мои, не про соек. Вовсе наоборот - про гусей. Вернее, всего про одного гуся, но самого важного и полезного. Про гуся, который более всего любил играть в сухие потрошка.
- Это как так? Надо же, какие-то потрошка выдумал...
- Как? Вы, любезные, не знаете сухие потрошка? Это игра такая, называется "сухие потрошка". Игра почтенная, игра, можно сказать, единственная для порядочных людей! Хотя, откуда вам знать! В неё же в других краях играют...
- Так расскажи же! Поведай! Иначе зачем тебя сюда приволокли позади оглоблей!
- Значит так. Суть этой затейливой игры заключается в том, чтобы украсть от своей благоверной и скопить побольше потрошков. Она, значит, готовит что-то, брюкву ли, пироги эти с брусникой, будь они неладны, а ты в это время - хвать, и дёру. Будто на кухню просто так заходил, проветриться...
Сообщество заволновалось в предвкушении затейливой истории. Во многих глазах даже появился смысл. Даже самые благонравные дамы, из тех кто это слышал, не скрывали улыбок средь своих румянцев. Более всех вскинулся бровями Фитиль, известный дрессировщик из цирковых. Про игру ему было весьма любопытно, он ведь и сам плут и мошенник, то есть к игре и игрушкам сам неравнодушен.
- Так-так. И что же? Что с этими потрошками дальше-то делать, солить что-ли?
- Зачем солить? Наоборот, сушить. У каждого достойного игрока за печкой своя особая, специальная закопушка с секретом имеется. Вот туда и требуется искомые потрошка поместить неплотно. Вот там они за день-два и высохнут до звона. Сделаются этакими скукоженными, маленькими и корявенькими.
- Хех! Ловко!
Люди вокруг собрались обстоятельные, мастеровые, с руками откуда надо, оттого ремесленные подробности вызвали истинный интерес и одобрение.
- Объясни же, наконец, зачем такие старания, любезный!
- А затем, что рыбалка! - торжественно открыл свой главный секрет Скорик.
- Экие ты, братец, извивы гнёшь! Я восхищаюсь! Наживку что-ли так сушить? А игра в чём?
- Не спеши, борода. Я не всё ещё рассказал. Этакая снасть нужна вовсе не для наживок, а, наоборот, для радости. Рыбак же не один на рыбалку идёт, верно?