– Что за вопрос? – фыркнула я, – конечно. Странно, что на пару дней. Ты работать вообще, собираешься?
– Ого, – засмеялся Макс, – совсем как жена. Мне нравиться. А о работе не думай. Моё дело. Разберусь, – щёлкнул меня по носу и прошёл в комнату.
Ну а мне не до подколов брата. Душа не на месте и потому, чтобы не выдать переживаний, требует уединения. Предпочитаю скрыться в ванной комнате. Струи воды скроют всё, даруют умиротворение. Под ними лучше думается, что и нужно мне на данный момент. И всё это из-за поведения женщины на другом конце провода. Именно оно усилило вину и заставило задуматься.
«А если Лена умерла?»
Перед глазами встал образ бессознательной подруги и сердце тут же обдало холодом потери.
«Нет. Не может быть. Они же сказали. Я должна точно знать. Вот только как это сделать? Как добиться, чтобы со мной поговорили?»
В бессилии опираюсь руками о стенку душевой и опускаю голову. Пытаюсь вымести из головы дурные мысли, возродить надежду, но подруга на столько дорога, что сделать это не так-то просто. К глазам сами по себе подошли слёзы. В этот момент, кто-то касается моей спины. Вздрагиваю и оборачиваюсь.
– Макс, что ты делаешь? – спрашиваю излишне спокойно, но всё же прикрывая интимные места.
– Не удержался, – ступает под струи воды полностью обнажённый мужчина, – Каюсь, заглянул, а ты тут такая… потерянная. Надя, я люблю тебя. Позволь утешить. Я для тебя всё …
– Не надо всё, – останавливаю речь и прижимаюсь к мужской груди.
Мысль о смерти подруги так оглушительно взорвалась в моём мозгу, что единственной целью стало ощутить чьё-то тепло и заглушить тем самым холод потери. Почувствовать, что ещё есть кто-то и я не одна.
Макс, оглаживая спину, скользнул ладонями вверх, к плечам. Откинул мои волосы и поцеловал в шею. Нежно прошёлся от неё к подбородку и наконец припал к жаждущим губам.
Да, это именно то, чего я так хотела.
16
Хлопнувшая входная дверь огласила о том, что Макс ушёл. Блаженно выдыхаю. Разговор об инциденте в душевой можно отложить. Проводить не вышла (взгляд в окно не считается), как и на ужин вчера. Макс не стал ни уговаривать, ни просить прощения, получил отказ и ушёл. Молча. Ну а я, приняв позицию страуса, отодвигаю эти мысли на потом. Вот только память зараза, то и дело подкидывает воспоминания.
Объятия. Удивительно нежный и в то же время требовательный поцелуй, который и отрезвил меня. Даровал чувство неправильности.
Жмурясь, мотаю головой, но память продолжает.
Отталкиваю Макса и убегаю. Прячусь не только в комнате, но ещё и под одеялом.
От воспоминаний душащая волна раскаянья вновь заполняет душу, и я снова готова спрятаться под одеялом с головой. Так гадко я себя ещё не ощущала. Но всю жизнь в комнате не просидишь, поэтому, ещё раз цыкаю на свои чувства и решаюсь выйти из комнаты. У меня ещё одно не решённое дело.
Для спокойствия обхожу квартиру и убедившись, что я точно одна берусь за телефонную трубку.
Семь звонков и семь раз брошенная трубка. На восьмой на заднем плане, знакомый рык:
– Кто там?
Невнятное объяснение женщины и уже в трубку:
– Надя? Что случилось?
– Н-ничего, – вдруг ёкнуло в сердце, и я запнулась, – Про Лену узнать хотела. Поговорить бы с ней.
– Она сейчас не может.
– А потом? – вцепляюсь в трубку мёртвой хваткой.
Почему-то боюсь потерять собеседника.
– Я решу этот вопрос.
– Как скоро? – поспешно задаю следующий вопрос.
– На днях.
Обрыв связи и обрыв чего-то в душе. Сердце заныло и стало вдруг очень тоскливо.
«Ну не дура ли? Сама себе сложности создаю. Всё, это в последний раз».
Дверной звонок в три тридцать ура был большой неожиданностью, но большей неожиданностью стал тот, кто так настойчиво нажимал на кнопку звонка.
– Алекс? – удивилась я, всё ещё продирая глаза ото сна.
– Ты не одна? – было его приветствием.
– С чего такие выводы? – вдруг начинаю оправдываться.
– Запах постороннего в доме, – Алекс переступил порог и втянул воздух возле меня, – И на тебе. Ты живёшь с ним?!
Последующий грозный рык вызвал смятение, а следом негодование.
– Ты для чего приехал? – складываю руки на груди.
– Ты звонила. Вот я здесь. Если хочешь увидеть подругу собирайся. Жду у подъезда. Десять минут, и я уезжаю.
«Нет, ну это нормально? Что один, что другой появляются на пороге и сразу указывать».
– Постой! – не смотря на негодование останавливаю Алекса, – Мне мало десяти минут. Может зайдёшь и всё по-хорошему обсудим?
– Нечего обсуждать. Либо ты едешь, либо нет.
– Пол, часа, – выделяю каждое слово. Ответа не последовало, поэтому быстро добавляю, – Кофе?