— Девочки... — голос Веры дрогнул.
Надя хотела обернуться, но не успела.
Земля под ногами исчезла.
Сначала Надя подумала, что падает. Но тело не проваливалось вниз — оно повисло в пустоте, невесомое, чужое. Вокруг закружились цвета — синий, розовый, зеленый, золотой. Они смешивались, перетекали друг в друга, складывались в узоры, которые невозможно запомнить.
Надя попыталась закричать — из горла не вырвалось ни звука. Попыталась пошевелить рукой — мышцы не слушались.
Она видела рядом Верино лицо, искаженное ужасом. Видела Любу, которая тянула к ней руку, но ее пальцы проходили сквозь ладонь, как сквозь дым.
А потом видение исчезло. Остался только свет.
Яркий, ослепительный, прожигающий веки даже сквозь закрытые глаза. И чувство падения — бесконечного, головокружительного, от которого перехватывало дыхание и сердце ухало в пятки.
Надя попыталась увидеть хоть что-то. Свет вывески бара. Темноту переулка. Лица подруг. Но ей это не удалось.
А потом наступило ничего.
Глава 2. Пробуждение
Сознание возвращалось медленно, тягучими толчками.
Сначала — запах. Странный, незнакомый, сладковато-пряный. Что-то среднее между цветущим жасмином и... Надя не могла подобрать аналогию. В ее земном опыте такого не было.
Потом — поверхность под спиной. Мягкая, но упругая. Похожа на очень дорогой матрас, но с каким-то живым теплом, будто она лежала на чем-то, что дышит.
Веки казались налитыми свинцом. Надя с трудом разлепила их и тут же зажмурилась — свет был слишком ярким. Не привычный солнечный, а какой-то другой, с розоватым оттенком, словно сквозь плотную ткань просвечивал огромный софит.
— Надя... Наденька, ты слышишь?
Голос Любы. Тихий, испуганный, но живой.
Надя сделала усилие и открыла глаза. На этот раз получилось.
Она лежала на чем-то, напоминающем гигантский лист растения. Он действительно был теплым и слегка пульсировал под спиной. Рядом, на таких же листьях, сидели Вера и Люба. Живые, целые, но с такими лицами, будто каждая из них только что увидела призраков.
— Где мы? — голос Веры звучал хрипло, сорванно. — Что за хрень?
Надя села, и голова тут же закружилась. Она обвела взглядом помещение.
Это был не дом. Не пещера. Не зал. Это было нечто среднее между храмом и оранжереей. Высокие сводчатые потолки терялись где-то в полумраке, а стены... стены были живыми. Они росли. Тонкие лианы переплетались, образуя причудливые узоры, и в такт дыханию (чьему? самого здания?) на них вспыхивали и гасли крошечные огоньки.
Пол под ногами тоже был живым — мягкий мох, в котором, если встать, утопали ступни.
— Это сон, — уверенно заявила Вера. — Мы просто перепили и теперь нам всем снится один и тот же бред. Сейчас я проснусь...
Она ущипнула себя за руку. Ничего не произошло.
— Не сон, — тихо сказала Люба. Она сидела, обхватив колени руками, и смотрела куда-то в сторону. — Посмотрите.
Надя проследила за ее взглядом и впервые заметила их.
Три фигуры стояли у противоположной стены, метрах в десяти от девушек. Высокие. Очень высокие. И... разноцветные.
Надя замерла, пытаясь осознать увиденное.
Первый. Кожа нежно-розового оттенка, как лепестки пиона или как заря над морем в безоблачное утро. У него были небольшие изогнутые рога, начинающиеся от висков и уходящие назад, в гриву густых, почти светящихся волос. И хвост — длинный, гибкий, с кисточкой на конце. Хвост двигался сам по себе, плавно рассекая воздух.
Второй. Насыщенного травяного цвета, спокойный, массивный. У него не было рогов, но на скулах темнели костяные наросты, похожие на природную броню. Глаза — огромные, темные, в них читалась бесконечная усталость и доброта.
Третий. Голубой. Почти прозрачный, как утренний лед. Длинные тонкие пальцы, острые черты лица и глаза, полные такой глубинной тоски, что у Нади защемило сердце, хотя она даже не знала, кто он.
— Мамочки... — выдохнула Вера.
Надя не могла пошевелиться. Ее мозг отказывался обрабатывать информацию. Люди? Не люди. Галлюцинация? Слишком реальная. Слишком детальная.
Розовый — тот, что с рогами и хвостом — шагнул вперед. Движения его были плавными, текучими, как у хищника, который не хочет спугнуть добычу.
— Не бойтесь, — заговорил он.
Голос звучал не как обычная речь. Он вибрировал где-то в затылке, проникал прямо в мозг, минуя уши. Но губы розового двигались, значит, они могли издавать звуки — просто Надя слышала их иначе.
— Меня зовут Айко. Это Риан, — он указал на зеленого, — и Веир, — кивок в сторону голубого. — Вы на планете Ауриш. Наш мир. Наш дом.