— Корвус... — позвала Надя. — Корвус!
Тишина.
— Корвус, нет! — закричала она, тряся его за плечи. — Не смей! Ты не можешь! Ты обещал! Ты...
— Надя. — Айко обнял её, прижал к себе. — Надя, его нет.
— Нет! — она билась в его руках, пытаясь вырваться. — Нет, нет, нет! Он не умер! Он не может умереть! Он же Корвус! Он самый сильный!
— Надя, пожалуйста...
— Отпусти меня! Я его вылечу! Я умею! Векса учила! Я...
— Надя! — Айко развернул её к себе, заставил смотреть в глаза. — Посмотри на меня. Его нет. Рана смертельная. Никто бы не спас.
— Но я... я могла бы...
— Ты ничего не могла бы. Он принял удар за меня. За нас. Это был его выбор.
Надя смотрела на него сквозь слёзы, не видя.
— Он знал, — прошептала она. — Вчера ночью он знал.
— Знал.
— Поэтому пришёл.
— Поэтому.
— Он прощался. А я не поняла.
— Ты дала ему то, чего у него не было сотни лет. — Айко гладил её по спине, по волосам, пытаясь успокоить. — Счастье. Близость. Любовь. Он ушёл счастливым.
— Но я не хотела, чтобы он уходил!
— Никто не хочет. Но такова война.
Она снова посмотрела на тело Корвуса. Огромный красный воин лежал на земле, такой спокойный, такой умиротворённый. На лице застыла лёгкая улыбка — та самая, с которой он смотрел на неё ночью.
— Он улыбается, — выдохнула Надя.
— Он счастлив. Он сделал то, что считал правильным.
— Он спас тебя.
— Да.
— Я люблю его.
— Я знаю. Я тоже.
Они сидели рядом с телом, обнявшись, не в силах пошевелиться.
Вокруг кипела битва — крики, звон оружия, вспышки эмоций. Но для них время остановилось.
— Надя, — тихо сказал Айко. — Нам нужно идти.
— Я не могу его оставить.
— Мы не оставим. — Он подозвал двух воинов. — Отнесите тело в тыл. С почестями. Это Корвус.
Воины осторожно подняли огромное тело и понесли прочь. Надя смотрела, как удаляется красная фигура, и чувствовала, как сердце разрывается на части.
— Он говорил, что я вернула ему жизнь, — прошептала она. — А я не смогла сохранить её.
— Ты сохранила. Эти последние дни были для него ценнее, чем все предыдущие циклы. Ты подарила ему счастье. Это дороже жизни.
Надя вытерла слёзы, встала.
— За него, — сказала она. — За Корвуса. Я уничтожу их всех.
— За него, — эхом отозвался Айко.
Они сжали оружие и пошли обратно в бой.
Где-то впереди ревели Кровавые, готовясь к новой атаке.
Надя шла в первые ряды, и каждый Кровавый, встречавшийся на её пути, падал замертво. Она сражалась за двоих — за себя и за него.
За красного воина, который успел стать ей семьёй. Который ушёл, но остался в её сердце навсегда.
Глава 35. Сила эмоций
Битва продолжалась.
Надя сражалась как одержимая. Каждый удар, каждая вспышка эмоций — всё было посвящено ему. Корвусу. Красному воину, который отдал жизнь за них.
— Надя, левее! — крикнул Айко, отражая атаку.
Она развернулась, ударила гневом — Кровавый рассыпался в прах. Ещё один. Ещё.
Они пробивались вглубь вражеских рядов, уничтожая всё на своём пути. Воины следовали за ними — вдохновлённые яростью землянки, подхватывающие её ритм.
— Смотрите! — закричал кто-то. — Главный корабль снижается!
Надя подняла голову. Огромный чёрный корабль Кровавых медленно опускался прямо в центр равнины, туда, где кипела самая жестокая битва. Его борта пульсировали красным, выбрасывая в воздух тучи спор.
— Они высаживают подкрепление! — заорал Айко. — Все ко мне!
Но было поздно.
Из корабля хлынула новая волна Кровавых — в десять раз больше прежней. Они неслись как чёрная река, сметая всё на своём пути.
— Отступаем! — скомандовал Морвуд где-то справа. — К храму! Прикрывайте отход!
Надя и Айко побежали вместе с остальными, отбиваясь от наседающих врагов. Надя чувствовала, как силы покидают её — слишком много эмоций было потрачено, слишком много боли принято.
— Айко! — крикнула она, когда увидела, что он споткнулся.
Огромный Кровавый набросился на него сверху. Айко отбивался, но тварь была сильнее — её когти вонзились ему в грудь.
— Нет!
Надя ударила всем, что у неё было — гневом, страхом, болью, любовью. Ослепительный луч пронзил Кровавого, разметав его в прах.
Но Айко лежал на земле.
— Айко! — Она упала рядом, подхватила его голову. — Айко, смотри на меня! Не смей! Не смей, как он!
— Надя... — выдохнул он. — Я... я...
Кровь текла из раны на груди — чёрная, густая, не остановить. Те же когти, что убили Корвуса.
— Нет! — закричала она. — Нет, пожалуйста, нет! Только не ты!