— Твои доводы логичны, Миранхард. — Феникс наконец–то отпустил мои многострадальные плечики и шагнул вперед.
Пожалуй, дракон был единственным, кто за все время моего пребывания здесь, оказался с императором одного роста. Да и в целом они смотрелись на равных: оба мощные, хищные звери, замершие друг напротив друга.
Истинные правители.
Я покосилась на красивое морюшко: ох, как бы здорово здесь было наслаждаться закатом. Искупаться сейчас так и вовсе сказка, м–м–м… а не вот это вот все. Тем не менее сейчас я только что выяснила, что я вроде как глава дома алых сирин, поэтому и вести себя надо соответствующе. Чтобы со мной, наконец, начали считаться, и я перестала быть Надей–запертой–в-комнате и стала Надей–на–равных-обсуждающей–все–что–здесь-творится.
— Но они никак не объясняют то, каким образом вы с моей гостьей оказались вдвоем на пустынном берегу.
— Она выпала из окна, — пояснил Миранхард, и сразу перестал мне нравиться. Мог бы сказать, между прочим, что я тут по пляжу прогуливаюсь! А Феникс потом ломал бы голову, каким образом я оказалась тут. — Я как раз заходил на посадку и увидел твою… гм, летящую гостью. Справедливо рассудив, что для укрепления дипломатических отношений ее лучше поймать, я ее подхватил, а поскольку сесть с ней проще и быстрее всего было на пляже, отнес сюда. Странно, что тебе нужно объяснять такие простые вещи, Легран.
А он не просто дракон, он еще и язва! Такая же, между прочим, как его императорское величество. Вот уж действительно на равных, не поспоришь!
Взгляд Феникса потемнел, притягивая ночь, но он лишь коротко кивнул:
— Прошу, Миранхард. Все уже готово для нашей беседы.
— А для нашей? — Я сложила руки на груди и выразительно посмотрела на Феникса.
Он прищурился очень недобро, но уступать я не собиралась. В конце концов, имею права, как глава рода алых сирин! То, что нас в этом роду четверо, ничего не значит.
— Если вы так желаете, ларэй, — холодно отозвался Феникс.
— Желаю, — не менее холодно отозвалась я.
В конце концов, пришла пора уже расставить все точки над i, над ё, и в принципе везде, где требуется схожая пунктуация. Может, я бы еще и приняла его сторону, если бы он не посадил меня под домашний арест, спросила бы его потом чисто по–человечески, о чем они говорили. Но с фениксами, а конкретно с одним этим Фениксом по–человечески не получается, значит, будем по–драконически. Благо тут нарисовался самый что ни на есть настоящий дракон, из–за которого для меня забрезжил свет в конце тоннеля. А то так и жила бы, не зная, что я теперь глава рода алых сирин.
Феникс подал мне руку, и мы вместе направились к спрятавшейся среди скал и зелени лесенке, очевидно, ведущей обратно к замку. Миранхард пропустил нас вперед, отступив на несколько шагов, и, когда мы проходили, даже склонил голову.
Вот только когда мы уже почти прошли, я увидела, как дернулись уголки его губ. А потом, окончательно изменив своей невозмутимой маске, он мне подмигнул.
Глава 11. Новые обстоятельства и дело, подлежащее пересмотру
Мне уже доводилось бывать в этом кабинете, и взгляд первым делом притянули песочные часы на столе. Большие и маленькие, вспомнилось, как Легран говорил, что он переворачивает их всякий раз, чтобы отстраниться от эмоций, когда ему нужно принять решение. Как по мне, так ему и отстраняться ни от чего не надо, чувств в нем — как в школьном ластике. Вот только с чего меня это должно цеплять!
Я опустилась в кресло — тяжеленное, с резными узорчатыми ручками и бархатной обивкой, которое мне отодвинул секретарь, вошедший за нами. Правда, Феникс тут же отпустил его взмахом руки, сам устроился за столом, одновременно с опустившимся в соседнее с моим кресло драконом.
Мы с Миранхардом в этом кабинете смотрелись как на холсте художника, только–только начинающего познавать азы мастерства. Иными словами, приляпанными не к месту и не ко времени. Его взгляд коротко скользнул по мне (дракона сложившаяся ситуация как минимум забавляла, или мне так казалось?), а после вернулся к Фениксу.
— Начнем, — император кивнул. — Пока мой помощник занят напитками, мы сразу перейдем к цели твоего визита, Миранхард.
Дракон снова посмотрел на меня. Феникс нахмурился. Я почувствовала себя целью визита, а не главой рода.
— Как тебе, должно быть, известно, со дня исчезновения алых сирин мы искали их во всех доступных мирах. Никто даже представить не мог, что для обитания и временного проживания они выберут такой примитивный.