— О цели моего визита, — произнес Миранхард, когда мы отошли от дворца. — В какой-то степени я посланник сегодня, хоть в это и верится с трудом.
— Посланник? — искренне изумилась я.
— Парламентер, — добавил вторую характеристику дракон. — От его императорского величества. Легран знает, что если вы с кем-то и будете говорить, то только со мной. Поэтому он попросил меня об одолжении поговорить с вами. Пригласить на Совет, на котором будет решаться судьба нашего мира и императорской семьи.
Удивляться я уже не могу, а переживать устала. Поэтому сейчас просто уточняю:
— То есть как решаться?
— Легран собирается отказаться от власти и поставить вопрос о новом императоре. Точнее, ставить вопрос уже будем мы все, потому что… — Миранхард не договорил, но в принципе можно было и не договаривать. Потому что я прекрасно понимаю, чем чревато отсутствие императора. Вот только у меня в голове не укладывается, что Легран по своей воле отказывается от того, чем так дорожил. Или я просто слишком плохо его знала?
Как бы там ни было, мне придется туда поехать, раз уж я приняла на себя обязанности арэа. Поэтому я киваю:
— Я буду, Миранхард. Просто скажите, когда.
— Вы даже не представляете, как я рад это слышать, Надежда, — дракон выдыхает с явным облегчением, а у меня это почему-то вызывает улыбку.
— А вы чего ожидали? Что я буду кидаться в вас вазами и так и попрошу передать императору?
— Скорее, что вы разобьете о мою голову вазу и так и попросите передать, — хмыкнул Миранхард.
— Так вот какого вы обо мне мнения?!
— У вас в семье все женщины горячие, — неопределенно пожимает плечами дракон.
— Все? Это вы сейчас о ком? — что-то не припомню, чтобы я била вазы о головы или даже кидалась ими. Кажется, из себя выходила, да, но это было не в присутствии Миранхарда. Который неожиданно перестает смотреть мне в глаза и неопределенно выдает:
— Совет завтра. Назначен на полдень, но можете прибыть немного заранее, чтобы прийти в себя и отдохнуть с дороги. Гостям и сопровождающим будет выделен отдельный зал, где они смогут отдохнуть перед началом.
Это имело бы смысл, если бы мы все здесь по большей части не ходили порталами. Да, на его создание требуется сила, но я пока еще не научилась открывать переходы сама, так что у меня гостит один из придворных магов Миранхарда. Честно говоря, с моей силой у меня пока больше непонятного, чем понятного — еще и по той причине, что моя семья — единственные алые сирин, и учить меня некому. Тем не менее со временем я со всем разберусь, а пока отдых после перехода мне точно не потребуется.
— Я приду точно ко времени, — сообщаю я.
— Вы будете одна?
— А нужен кто-то еще?
— Арэа желательно появиться с сопровождением. Как минимум с фрейлинами, а лучше со свитой. Я могу вам с этим помочь.
— Благодарю, — искренне отвечаю я, — но откажусь. Вы и так сделали для меня больше чем много, Миранхард. Не говоря уже о том, что я не привыкла делать хорошую мину при плохой игре. Если у меня пока нет свиты и фрейлин, прицепить их к себе и показать всем, что есть — так себе затея. Все теперь прекрасно знают, что в мире осталось четверо алых сирин. Во всех мирах. Я соберусь с силами, и все будет. А пока как есть.
Дракон какое-то время молчал, потом улыбнулся.
— Понимаю, — произнес он. — Все-таки вы удивительная женщина, Надежда.
Он коснулся губами моей руки и попрощался, а я еще немного побродила по пустынным дорожкам, вдыхая свежесть прозрачного воздуха и кутаясь в накинутый на плечи платок. Сила меня согревала, а произошедшее здесь словно погружало в ледяную прорубь. Сколько еще времени пройдет, прежде чем я смогу нормально жить и не вспоминать то, что увидела глазами прабабушки Лизы?
Развернувшись, я зашагала обратно ко дворцу, а поднявшись по деревянной, массивной лестнице, свернула не к себе, в сторону бабушкиных покоев. Как всегда в это время, та сидела в кресле у окна, читая то, что могло пригодиться для обучения нашей магии. Обязанности мы разделили так: бабушка занимается силой, готовит нам программу занятий, я — экономическими аспектами, разбираясь в оставленных документах, а Люба руководила слугами по инвентаризации. То есть например находила я какие-то запасы, они их проверяли, и мы вносили новые данные в наши книги.
Жаль, здесь компьютеров не было. С базами данных было бы в разы проще, но увы. Техника совершенно не дружила с магией, как выяснилось, поэтому приходилось довольствоваться тем, что есть.
— Как проходит изучение магии? — поинтересовалась у бабули, которая отложила книгу на увесистую стопку.
— Ну что я могу сказать… скучать нам точно не придется. Но я уже набросала программу азов, чтобы все было безопасно, — она кивнула на столик, на котором лежали бумаги. — И для Любы тоже написала кое-что. Будет учить теорию, пока практика не началась.
У бабушки волосы тоже поменяли цвет, что означало: учиться мы будем вместе, а вот у Любы сила пока не пробудилась. Что самое интересное, алеть начинали даже кончики волос у Веры, по-прежнему не приходившей в себя, но с каждым днем я все больше верила в то, что с сестрой все будет хорошо. Так или иначе. Мне казалось, что здесь ее питает сама земля, питает и помогает восстанавливаться. Может быть, даже не придется нагружать дополнительными заботами Миранхарда.
Ах, как бы мне этого хотелось!
Хотелось, чтобы Вера очнулась, я бы смогла ее обнять и сказать ей столько всего! Чтобы мы снова собирались все вместе, как в старые добрые времена, только теперь не на нашей маленькой тесной кухне, а у камина. А еще можно было бы снова побыть просто средней сестрой, которой особо не надо ни о чем заморачиваться. Я бы могла отдать ей это правление алыми сирин, а сама… вот тут у меня случался затык.
Пока я не представляла, что я могу делать в этом мире, если не быть арэа.
— Замечательно, — прокомментировала я бабушкину работу и уселась в свободное кресло. Под ее внимательным взглядом становилось немного неловко, поэтому я уточнила:
— Что?
— Я очень рада, что ты не сделала того, о чем пожалеешь.
— Возможно, я пожалею именно об этом…
— С чего бы? — она усмехнулась. — Миранхард заглянул ко мне перед визитом к тебе и все рассказал. О том, что Легран предал огласке все случившееся много лет назад.
— Ладно, буду знать, что ты у этого дракона на особом положении, — буркнула я. — Кстати, ты случайно не кидалась в него вазами?
У бабушки стали очень большие глаза, а я уже поменяла тему:
— Значит, ты в курсе, что завтра я еду на совет.
— А ты едешь? Это очень хорошая новость.
Вот и она туда же! Решила, что я буду вести себя как обиженный ребенок?
— Не знаю, насколько она хорошая, но я еду, — ответила я и собиралась было уже подняться, когда бабушка коснулась кулона на своей груди:
— Подожди, Надя.
Я замерла, когда кулон под ее пальцами засиял. Светился он в точности так же, как шар памяти, с той лишь разницей, что сейчас сверкала крупная капля-жемчужина, а не просто энергетический сгусток.
— Это прощальное письмо Лизы, — ответила бабуля на мой незаданный вопрос. — Кулон, который я сохранила, никогда никак себя не проявлял, даже здесь. Но в день, когда ты распечатала шар памяти, он начал светиться, и я узнала кое-что еще.
— Узнала, но мне ничего не сказала?!
— Ты и так была потрясена. Я не хотела добавлять эмоций.
— Разве к этому можно что-то еще добавить?!
— Расскажешь сама, — мягко ответила моя невероятная бабушка и что-то едва слышно прошептала.
На этот раз мы не погружались в происходящее, а картина была маленькой, как на экране ноутбука или небольшого телевизора. Тем не менее я узнала в говорившей Лизу, уже очень сильно постаревшую.
— Надеюсь, все сработает как надо. — Она смотрела прямо на нас, как если бы записывала видео на смартфон. — Это заклинание основано на тех же принципах, что и шар памяти, но увы, в этом мире управлять магией гораздо сложнее, да еще и не так много у меня ее осталось. Поэтому я придумала привязать свою память к предмету, к чему-то материальному, чтобы заклинанию было за что держаться. Надеюсь, у меня все получится, и магия поможет вам увидеть то, что я сейчас говорю. Я не сомневаюсь, что рано или поздно вас найдут, или вы сами найдете путь в наш родной мир, иначе и быть не может. Но я бы хотела, чтобы вы еще немного проследили мой путь, окунулись в мои чувства.