Несвоевременные философствования Гейб принял как должное, и лезть глубже не стал. Снова поцеловал в плечо, мимолётно лизнув наверняка солёную от пота кожу, переместил руку с талии чуть выше, проверив в очередной раз кончиками пальцев отсутствие бюстгальтера, прикусил мочку уха…
— Что хочешь в подарок?
— Тебя… — на выдохе сообщила я, наклоняя голову, чтобы облегчить ему доступ к шее.
Туда же Гейб и фыркнул, пощекотав дыханием шею:
— А кроме?
— Ты уверен, что хочешь об этом поговорить прямо сейчас?
— Почему бы нет?
Он продолжил, чередуя лёгкие поцелуи с не менее лёгкими укусами, заставляя изгибаться, подставляясь под чужие губы. А большой палец раз за разом прочерчивал горизонтальную линию, будто соединяя одну грудь с другой.
— Не успеем, — вновь выдохнула, на этот раз с досадой, я, заметив за окном знакомый пейзаж — до его квартиры оставалось минуты четыре, не больше.
— Смотря что…
Он не стал уточнять, да это было и не нужно. Та из ладоней, что почти неподвижно лежала на бедре, двинулась выше, миновав кружево чулка и остановившись на границе голой кожи и кружевной же окантовки белья. Я послушно расслабилась, полностью отдаваясь во власть волшебных рук.
Развалившись на кровати на животе и подперев голову руками, я с удовольствием наблюдала процесс разоблачения Гейба. Зрелище и вправду было достойно внимания. Пальцы, ещё минут десять назад вытворявшие такое, что в приличном обществе и обсуждать-то не принято, методично вынимали запонки, расстёгивали пуговицы рубашки, придерживали её за полочки, стягивая с плеч.
— Ты знаешь, что во всех этих костьюмах выглядишь обалденно? — я всё-таки не смогла удержаться от комментария, даже если слово «костюмы» почему-то произнеслось весьма странным образом.
— Я знаю, что ты пьяна, — взявшись за пряжку ремня, отозвался он.
— И что?
Пьяна — не пьяна, а, как бы сказал бывший сосед по лестничной клетке, «чуть- чуть выпимши». На корпоративе я не усердствовала, медленно потягивая красное вино, но в тишине и спокойствии квартиры, да ещё после обалденного оргазма, организм расслабился окончательно и теперь так и норовил погрузиться в алкогольную дрёму. Но у меня-то были совсем другие планы!
Раздевшийся демон подошёл ко мне и наклонился, чтобы поцеловать, но я обхватила его за шею, опрокидывая на кровать. И улеглась, на ближайшее плечо, чтобы точно никуда не сбежал.
— Я весь потный, нужно в душ, — уведомил Гейб, но и попытки встать не сделал, с наслаждением вытянувшись на чуть жестковатом пледе.
За это же плечо я его и укусила, сразу же зализав след. Кожа, как и ожидалось, была чуть солоноватой, но абсолютно не ассоциировалась с чем-то неприятным.
— Ты в курсе, что мужчина должен быть могуч, вонюч и волосат? — вспомнив неизвестно откуда почерпнутую истину, я провела ладонью по абсолютно гладкой, за исключением нескольких волосков, груди Гейба.
— Вот такой я, — хмыкнул он, — не шерстяной породы.
— Не-не-не, — поспешно проговорила я, — меня всё устраивает. Но демон ты, всё равно, неправильный, — нелогично выдало сознание.
Он высвободил руку, переложив мою голову на подушку и перевернулся на бок:
— Да? Прямо жажду узнать, почему на этот раз? — лёгкий сарказм в его голосе оказался смешан с реальным интересом.
Я тоже перевернулась, приняв позу, зеркальную его. Вот уж совпадение, подобные разговоры у нас вечно происходили ночью, карма какая. И вроде не нужно оно мне было совершенно, доказывать этому конкретному демону, что он неправильный, но вино явно считало иначе.
Несмотря на то, что меня полностью устраивало то, что происходило между мной и Габриэлем сейчас, нет-нет да и проскакивала мысль, что это ненадолго. Он же инкуб! И что бы там не расписывал про моногамию и иже с нею, рано или поздно должен наступить момент, когда мы оба последуем дальше. И самым странным казалось, почему он не наступает уже сейчас.
— Нет, всё-таки с твоими «знаниями» нужно что-то делать, — он так выделил слово интонацией, будто и впрямь кавычки поставил. И обхватил пальцами подбородок, заставляя смотреть в глаза, потому как мой взгляд так и норовил соскользнуть существенно ниже его лица. — Дэми, я тебя не понимаю. Я каким-то образом дал понять, что отношусь к тебе несерьёзно?
— Ты — инкуб, — по-бараньи упрямо отозвалась я, потому как других аргументов не было.
Гейб возвёл глаза к потолку, что из его положения было не слишком удобно.
— И что, по-твоему это означает, что я должен прыгать с женщины на женщину лишь на том основании, что не повезло родиться таковым?