— С чего ты взял?
— А разве нет? — он всё-таки повернул немного голову.
— Нет, — я ещё и головой покачала, словно одного слова было мало. —
Вспомни, что я рассказывала о своей жизни там и подумай сам, какой смысл туда стремиться?
Гейб неопределённо дёрнул плечом, очевидно, имея на этот счёт собственное мнение, но озвучивать его не стал. А я продолжила, не столько воодушевлённо, сколько видя необходимость выяснить всё сейчас, не оставляя обрастать домыслами на потом:
— Просто это всё как-то… нереально. То есть я знаю, что это произошло, и произошло со мной, но не понимаю, как подобное вообще возможно, — впрочем, таким же невозможным было и превращение человека в животное, например. — А теперь оказывается, что могло быть ещё и по-другому, и тоже непонятно, почему с твоим дедушкой всё получилось именно что по-другому.
Я окончательно запуталась в словах, но Гейб, кажется, суть уловил и расслабился:
— Значит, ты просто хочешь узнать?..
— Хотела, да. То есть и сейчас хочу, но это уже определённо не идея фикс. Сейчас бы с другими проблемами разобраться.
— Разберёмся, — пообещал он и в это, как ни странно, верилось. А затем мотнул головой в ту сторону, куда смотрели кони, но перестала смотреть, минуты три как, я. — Приехали, кстати.
Переведя взгляд, я так и замерла с приоткрытым ртом, совершенно забыв, что хотела сказать до этого. Потому как приехали мы на берег самого настоящего озера, а может и пруда, небольшого, но чистого, как и всё вокруг.
Несмотря на то, что календарь вторую неделю показывал осень, погода до сих пор стояла по-летнему тёплая, а я мерзлячкой никогда особо не была. Так что желание окунуться в воду, сколь бы прохладной она не была, возникло, само собой.
Не зря же который раз за месяц так мечталось о море!
— Давай ты сейчас скажешь, что здесь можно купаться и тогда точно получишь приз за самый лучший подарок! — я воззрилась на Гейба с затаённой надеждой.
— Можно? — с сомнением протянул он, тоже покосившись на подёргиваемую лёгкой рябью водную гладь. А потом широко улыбнулся: — Нужно!
И мои губы сами собой разъехались в ответной улыбке.
Да, всё же, как бы наши отношения не назывались и не характеризовались, меня они устраивали чуть более, чем полностью.
Глава 4. Где удаётся избавиться от части чужого и явно лишнего груза
Домой в субботу я так и не попала, вторую ночь подряд заночевав в квартире и кровати Габриэля, куда более просторных и удобных, чем свои собственные. Причём сон был крепок и спокоен, несмотря на то, что мне полагалось бы хоть немного нервничать в ожидании завтрашней процедуры. Но, видимо купание нагишом и последующий согрев горячими губами и ладонями Гейба, а также скромный, ввиду отсутствия алкоголя, пикник, успокоили не только тело, но и душу.
Без четверти десять утра воскресенья наш автомобиль припарковался у небольшого, облачённого в белый пластик здания с вывеской «Пластическая хирургия», донельзя меня этим удивив. Знакомый Гейба, удаляющий на досуге вампирские метки, представлялся скорее каким-нибудь хиппи-подпольщиком, а никак не квалифицированным врачом. Впрочем, хуже, если бы оказалось наоборот.
— Волнуешься? — слегка мозолистые мужские пальцы, переплетённые с моими, пока мы шли ко входу, ободряюще сжались.
Я пожала плечами, сама не зная, как ответить на этот вопрос. То есть да, я определённо чувствовала себя иначе, чем обычно, но было ли это волнением? Кто знает. Быть может просто логичное проявление инстинкта самосохранения, потому как совсем скоро предстояло получить изрядную порцию боли. Или несколько сюрреалистичные мысли — а что, если Ханси почувствуют разрыв связи и пришлют кого-нибудь, чтобы помешать.
Ответа на мой вопрос Гейб тоже не знал.
— Если честно, не задумывался об этом, — признался он, толкая полупрозрачную дверь в клинику. — Сейчас уточним у… Рагнар!
Темнокожий мужчина, чья кожа особенно сильно контрастировала с белизной халата, обернулся, прервав разговор с девушкой за рецепцией. И широко улыбнулся, продемонстрировав не менее белоснежные зубы.
— Габриэль!
Гейб отпустил меня, чтобы пожать руку подошедшему доктору и поинтересовался:
— Мы не рано?
— Нет-нет, как раз вовремя. А это… — взгляд переполз на меня, точнее на мою грудь — вцдимо, она заинтересовала мужчину больше лица.
— Не здесь, — негромко попросил Гейб. Да, я тоже предпочла бы перенести обсуждение таких интимных вопросов, как клеймо на моей лопатке, куда-нибудь подальше коридора.