— Не желаете присоединиться к нашей компании?
Вообще-то, я желала, причём ещё в тот момент, когда приглашал Габриэль. Но было ли подобное уместным? В конце концов, репутация у меня и так, не самая кристально чистая, чтобы проводить время в компании четырёх мужчин. С другой стороны… я на мгновение задумалась — с каких пор вообще беспокоюсь о таких вещах? Тем более посмотреть на демона в другой, так сказать, среде, было весьма любопытно.
— А знаете, — будто сомневаясь, не слишком уверенно проговорила я, — пожалуй, желаю. Вы же расскажете что-нибудь интересное о мистере Ролене? А то он такой скрытный…
— О, даже не сомневайтесь, — подмигнув, Элвин спустился со стула и подал руку, помогая спуститься уже мне. А затем под руку же сопроводил к их столу, велев доставить коктейль прямо туда и вместе с бутылочкой виски, которое как раз подходило к концу.
— Вот же старый чёрт! — поприветствовал товарища один из мужчин — загорелый и белозубый, похожий на мексиканца, с просто-таки роскошными волосами и глазами-маслинами.
Второй, худощавый блондин, как раз составлял компанию Габриэлю и орудовал кием, так что ему было не до нас. Зато сам Ролен, ожидавший своего удара, развернулся сразу, как услышал комментарий. И опередил едва открывшего рот Элвина:
— Ну, понятно, как мои сотрудники меня ценят, — укор был, конечно, скорее шуточным, но вот взгляд в сторону друга вполне себе серьёзным. Сказала бы даже — слегка ревнивым, но для этого пришлось бы признать сам факт того, что он может меня ревновать.
— Простите, шеф, — я приложила руку к груди, не так, чтобы специально, — но он обещал рассказать какую-нибудь вашу страшную тайну, я просто не смогла удержаться.
— Тогда, — вмешался освободившийся блондин, похлопав Габриэля по плечу, — вам стоит найти бумагу, мисс. Нам всем определённо есть, что рассказать.
Несмотря на то, что все мужчины были лет на пять, а то и десять старше меня, не говоря уже о Диметрис, особого дискомфорта их компания не вызывала. Мне притащили стул, усадили на него, как королеву, подвинули поближе столик с закусками и вручили коктейль, а уже потом продолжили знакомство.
«Мексиканец», у которого даже имя было подходящее — Диего, оказался никем иным, как владельцем клуба. Улыбчивый мужчина, в огромных ладонях которого даже литровая бутылка виски казалась едва ли не чекушкой, обладал сочным басом, в бильярд играл с грацией медведя и периодически начинал сетовать, что его супруга сегодня отсутствует и нельзя меня с ней познакомить. Причём троекратное убеждение, что познакомимся мы и так, буквально на следующей неделе, когда будем утрясать все вопросы с корпоративом, совершенно не работали — он был изрядно пьян и слышал, в основном, только себя.
В том числе поэтому я не стала уточнять, какое животное представляет из себя его второй облик.
Зато блондинистый Аксель, напротив, был кристально трезв, потому как прибыл в клуб за рулём, да и вообще, на редкость сдержан и после первого комментария предпочитал отмалчиваться. Так сказать, характер стойкий, нордический. Был он широко известным в узких кругах фотографом, хотя ассоциировался у меня, почему-то, с каким-нибудь бывшим, а то и нынешнем сотрудником органов внутренних дел.
Именно он, кстати, доставлял наибольшее неудобство — каждый раз беседуя с кем-то из оставшейся тройки, я буквально кожей чувствовала его взгляд. Не флиртующий или, тем более, раздевающий, скорее взгляд человека, который что-то хочет вам сказать, но не решается. И это здорово напрягало.
— И всё-таки, я тебя где-то видел, — выдал он спустя добрые полчаса, когда мы остались практически вдвоём — Диего отлучился звонить жене, решив, что та жаждет его услышать, в двенадцать-то ночи, а Габриэль и Элвин спорили о ситуации на суконной поверхности.
Я медленно сделала глоток очередного, чёрт знает какого по счёту, коктейля и безразлично пожала плечами:
— Мир тесен, может, и пересекались где-то.
— Да нет, тут другое, — он почесал аккуратную бороду, отвлекающую внимание от непропорционально большого носа. — Я тебя не фотографировал, случайно?
И что было ответить на прямо поставленный вопрос, если ты понятия не имеешь, видела ли предшественница когда-нибудь этого мужчину или нет?
— Хочешь сказать, что в таком случае не запомнил бы меня?