Кто бы отказался, верно? Нет, я бы, скорее всего, как раз так и сделала, даже в их возрасте прекрасно осознавая, что ничто не даётся за просто так, а бесплатный сыр не падает с неба, как в той басне. Но из четвёрки не отказалась ни одна.
Затем последовал долгий, зато весьма результативный процесс «лепки». Их учили правильно выглядеть, правильно ходить, разговаривать… Что там ещё должны уметь девочки из агентства эскорта, в которое официально переименовалось к тому моменту бывшее модельное? В одном Аскур изначально был не прав — Диметрис трудилась как раз-таки в «чистом», ограждённом от оказания интимных услуг, сопровождении. Только оно, ничего больше. Точнее, предусматривалось нечто ещё, но клиенты об этом осведомлены не были.
— Ты шутишь, — недоверчиво перебил мой внимательный слушатель, прежде честно отмалчивающийся.
Примерно так же при разговоре с Данки хотелось отреагировать и мне, но подразумевалось, что об этом я и сама в курсе, поэтому пришлось сдержаться. На Нарцисса же подобных обязательств никто не возлагал, так что удивлялся он как мог.
— Делать из малолеток шпионок… Каким-то паршивеньким фильмом попахивает.
— Они и не должны были шпионить, только быть внимательнее в определённых ситуациях. А там — имеющий уши — да услышит.
Конечно, по-настоящему важные темы обсуждались за закрытыми дверями или широкими спинами охраны, но и того, что удавалось узнать, иногда хватало с лихвой. А Бернар был достаточно хладнокровен, чтобы использовать информацию с умом и не пытаться промышлять шантажом. Он умел не спешить, выжидая подходящий момент, умел находить достойных покупателей своему своеобразному «товару», оставаясь при этом в тени.
За всё время таких добровольно-принудительных помощниц было семнадцать. Не так уж много, или не так уж мало, как посмотреть. Правда прежде чем подпустить их к настоящей «миссии», мужчина предпочитал перестраховаться лишний раз, для чего и обращался в Дар. И наши же сотрудники готовили для него проекты контрактов, зачарованные аналогично соглашению о неразглашении, о котором мы только сегодня говорили с Аскуром. Там что о всех махинациях Бернара никто никому бы не рассказал, при всё желании. А некоторые вообще уже не моги ничего рассказать.
— Помнишь, Камиль говорила о тех девушках? — уточнила я. — Ещё двоих, которые были изначально с нами? Я попросила Данки узнать, что с ними. Обе мертвы. Одна — от утечки газа, вторая утонула в бассейне.
— В обоих случаях никакого криминала, дела скорее всего дела закрыли не глядя, — подтвердил Аскур мои мысли.
Правильно, кто будет заниматься подобным, когда каждый день происходят сотни, тысячи вполне явных убийств. Вот только совершенно не хотелось стать очередной списанной в архив папочкой в три листка.
— Хорошо, а Ханси? О них что-нибудь узнала?
Разочарованно скривившись, я мотнула головой.
— Ничего. То есть, Бернар с ними контактирует, здесь без вариантов, но конкретно их имена не прозвучали, я же якобы за другими ответами шла. Зато наш вундеркинд посоветовал подключить Габриэля, раз я теперь на него работаю, и расторгнуть мой контракт официально. Сказал, что ссорится с ним Бернар точно не захочет, так что с этим проблем возникнуть не должно. Тем более язык мне это всё равно не развяжет, боятся ему нечего.
Аскур постучал по рулю. Меня звук слегка раздражал, зато его этот жест, похоже, мотивировал на умственную деятельность.
— Тогда придётся и ему всё рассказывать, — подвёл он итог размышлениям. — Так что думай сама. Хотя идея здравая.
— Ты ещё не понял, да? Аск, он уже в курсе. И знает обо мне побольше меня самой, это точно. Данки для Ролена не просто «птенчик», как ты выразился, а целый банк информации. Вот у кого на каждого есть досье — на меня, тебя, Фриду, нашу уборщицу, практически любого из клиентов. Не удивлюсь, если на самого Ролена тоже есть. Он и мне про Бернара поэтому так много всего рассказал — искать ничего не пришлось, всё нужное он уже знал и так. А тут вломилась я, в слезах и горе, он растерялся… Гений гением, но в отношениях с женщинами пацан он ещё зелёный, если по-честному, так что мне просто очень повезло застать его врасплох, иначе чёрта с два бы так легко всё получилось.
Он снова молчал, отбивая ритм по кожаной оплётке и глядя при этом куда угодно, кроме как на меня. В общем, оно и логично, у меня на то, чтобы уложить всю в мозгу было несколько часов, у него — несколько минут.