- Я посижу с ним, Ники, - сказала доктор Убуру. - Иди спать.
- Позвольте мне остаться. - Это было скорее требование, чем просьба. И доктор Убуру, видимо, поняла это по выражению моих глаз. Она кивнула, проверила сигнальные мониторы по обеим сторонам кровати и вернулась в приемную. Я дремал, просыпался, снова дремал. От яркого света тишина казалась еще более гнетущей. Я устроился поудобнее на стуле и уснул.
Проснулся я на рассвете и обнаружил, что командир не дышит. Позвал доктора Убуру. Она пришла и встала рядом со мной у его неподвижного тела, накрытого белой простыней.
- Сигнал тревоги! Почему он...
- Я отключила его. - В моих глазах она прочла обуревавшие меня чувства.
- Единственное, что я могла для него сделать, это дать ему спокойно уйти.
Ошеломленный, я снова опустился на стул. Не знаю, сколько времени я просидел в одиночестве. Потом услышал сигнал смены утренней вахты и поднялся. В приемной ждала доктор Убуру.
- Я хочу встретиться с главным инженером и пилотом Хейнцем, - сказала она.
Я ничего не ответил.
Я шел по коридору, словно в тумане, никого и ничего не видя. В кубрике застал Сэнди и Алекса. Алекс только что вернулся с вахты и лежал на койке. Сэнди при Моем появлении встал.
- Уйдите оба. - Они кинулись к люку. Я снял китель и лег. Голова шла кругом, но о сне не могло быть и речи. Из коридора доносились какие-то звуки. Я попытался отключиться, но не смог и лежал в полном оцепенении.
Через несколько часов в люк постучал Алекс:
- Мистер Сифорт...
- Не заходи!
- Есть, сэр. - Люк захлопнулся.
Я зарылся головой в подушку, надеясь выплакаться, но слез не было.
Проснулся я уже днем. Мучила жажда, я встал, набросил китель и пошел в умывальную. Пил прямо из-под крана, набирая воду в ладони, и когда увидел свое
отражение в зеркале, испугался. Волосы всклокочены, под глазами мешки.
Я плеснул в лицо холодной водой и вернулся в кубрик. Переоделся, причесался. И спустился в корабельную библиотеку на второй уровень за головидными чипами по военно-космическому законодательству и кодексу поведения издания 2087 года. Принес их в кубрик и сел на койку.
Минут через двадцать я нашел то, что искал.
"Параграф 121.2. Командир судна может освободить себя от командования в том случае, если не в состоянии управлять кораблем по причине умственной или физической болезни или ранения. После регистрации своего решения в журнале с него слагаются обязанности командира и командование переходит к следующему за ним по рангу строевому офицеру".
Я облазил весь свод уставов, разыскивая другие полузабытые параграфы. Листал страницы, внимательно изучая определения и термины
Люк приоткрылся. В кубрик сначала заглянул, а потом вошел Вакс. Мы стояли друг против друга.
- Он не успел подписать. - Это было скорее утверждение, чем вопрос.
- Не успел, - сказал я.
- Что собираешься делать?
- Не знаю. - Мне ни к чему было что-то скрывать от него.
- Ники... Мистер Сифорт...
- Можешь называть меня Ники.
- ...ты не справишься с обязанностями командира. Я промолчал.
- Ведь надо маневрировать кораблем. Определять курс. Разбираться в двигателях.
- Знаю.
- Отступись, Ники. По крайней мере до нашего возвращения домой. А там нас прикомандируют к другим офицерам.
- Я уже думал над этим, - ответил я.
- Ради безопасности корабля. Пожалуйста.
- Ты поведешь его?
- Я или Совет офицеров. Док, главный инженер и пилот. Это неважно. Они как раз сейчас совещаются.
- Понятно. - Я выключил головид.
- Значит, согласен?
- Нет, я только сказал, что все понимаю. Вакс, мне так хочется, чтобы ты управлял кораблем. В первую же ночь, когда командир заболел, я умолял его подписать твое назначение.
- Знаю. И мне очень стыдно после всего, что между нами было. Я не стал старшим по недоразумению, - помолчав, сказал он и с горечью добавил: Разница в четыре месяца.
- Да, это так. - Я положил головид в карман и направился к люку. - Как жаль, что я не оказался на баркасе вместе с командиром Хагом, Вакс. Сейчас это было бы самое лучшее.
- Не говори так, Ник.
- Я в отчаянии. - С этими словами я вышел и направился в лазарет, застав там только медбрата. Тело командира уже поместили в холодильную камеру. Доктора тоже не было, на мой стук в кабинет никто не ответил. Я прошел по круговому коридору к каюте главного инженера и по пути встретил пилота, который как раз выходил из люка.
- Я уже хотел за вами идти. - Он жестом пригласил меня в каюту главного инженера. Она была такого же размера, как у лейтенанта Мальстрема, где мы часто играли в шахматы. Я взял стул и присоединился к доктору Убуру и главному инженеру, сидевшим за маленьким столиком.
- Ник, - ласково заговорила со мной Убуру, - необходимо решить, что делать в сложившейся ситуации.
- Вполне с вами согласен.
- Экипаж ждет нашего решения. Надо привести корабль назад, домой. Мы должны успокоить пассажиров. Совет пассажиров единодушно проголосовал за то, чтобы вернуться в "Околоземный порт" и чтобы управление кораблем взял на себя Совет офицеров.
Макэндрюс задумался, потом обвел всех взглядом:
- Из устава не все ясно, в частности - может ли гардемарин стать командиром. Мы считаем, что нет. Но если бы и мог, ты должен снять свою кандидатуру. Не хочешь - мы сами это сделаем. Ну какой из тебя командир?
- Не возражаю, - сказал я. - И прошу вас помочь мне выбраться из этой ситуации. Начнем с того, может или не может гардемарин принять на себя управление кораблем, то есть стать командиром. Какой пункт устава вы имеете в виду?
Убедившись, что я не собираюсь возражать, они явно испытали облегчение.
Главный инженер заглянул в свои записи:
- "Параграф 357.4. Все вахты проводятся если не под командой командира, то под командой полномочного офицера". - Он прочистил горло. Однако гардемарин таковым не является. В параграфе 357.4 говорится также, что гардемарин, чтобы осуществлять командование во время вахты, должен быть произведен в офицеры.
- Полностью согласен с вами. Гардемарин не может командовать на вахте.
- Тогда все в порядке. - Это сказала доктор Убуру.
- Нет. Я больше не гардемарин.
- Как?
Я достал головид и вставил чип.
- "Параграф 232.8. В случае смерти или недееспособности командира его обязанности, власть и звание передаются к следующему за ним по званию строевому офицеру".
- Ну и что?
- "Параграф 98.3. Согласно уставу строевыми офицерами не являются: корабельный врач, священник, пилот и инженер Все остальные офицеры являются строевыми в рамках устава".
- "Параграф 101.9, - возразил главный инженер. - Командир судна может в виде исключения передать гардемарину обязанности, которые иногда выполняет он сам и его офицеры". Из параграфа 101.9 ясно, что гардемарины вообще не офицеры.
Я нашел на головиде параграф 92.5.
- "Командир или вахтенный офицер может поручать отдельные работы лейтенанту, гардемарину или любому другому офицеру, находящемуся под их командованием". - Я обвел взглядом собравшихся, повторив эту убийственную для них фразу: - "Лейтенанту, гардемарину или любому другому офицеру". Пилот смешался.
- Это кто как понимает, - заметил он. - В уставе сказано, что гардемарин не является полномочным офицером, и не сказано, что он имеет право стать командиром.
- Просто никто не подумал, что такое может случиться, - примирительно сказал я и прочитал очередное определение: - "Параграф 12. Офицер. Офицером считается служащее в Военно-Космическом Флоте лицо, официально произведенное на эту должность или назначенное Правительством Объединенных Наций и уполномоченное руководить всеми лицами более низкого ранга при исполнении ими своих обязанностей". - Я поднял глаза. - Офицер не нуждается в официальном произведении. Послушайте, я хочу прийти к такому же заключению, как и вы. Но в уставе все ясно сказано. Там не говорится, что командиром может стать только следующий за ним по рангу полномочный офицер. Там говорится о строевых офицерах. Я офицер. Я не отношусь к тем офицерам, которые исключаются при назначении на командные должности. Я самый старший строевой офицер на борту.