- Ты так уверена, что я поступил неправильно?
- Уверена! И вы тоже можете в этом не сомневаться. Извините, я закрою дверь.
Люк захлопнулся у меня перед носом. Я постоял немного и, ошеломленный, ушел. Не желая возвращаться на мостик и боясь одиночества в каюте, я побрел дальше по коридору. Словно по наитию спустился на третий уровень со смутным желанием увидеть шефа, услышать его голос, который всегда меня успокаивал.
Идя по круговому коридору третьего уровня, я услышал впереди смех. Из-за поворота несся мяч. Матросы иногда собирались по вечерам поиграть в футбол, хотя это считалось нарушением правил. Я инстинктивно отбил мяч и пошел за ним.
- Давай, врежь, Мори! Представь, что это голова командира Кида! Послышался смех.
- Молчи, пока он и тебя не достал, - раздался чей-то насмешливый голос.
- Смирно! - крикнул кто-то. Мяч ударился о стенку и, отскочив, покатился ко мне. Я поставил на него ногу.
- Продолжайте. - Матросы больше не стояли по стойке "смирно", но ждали, когда я уйду. Я кожей ощущал их враждебность. Не следовало им мешать. Пойди я в другую сторону, не наткнулся бы на них.
- Когда-то я тоже играл в футбол. - Жаль, что ни у кого не хватало храбрости пригласить меня погонять мяч. В наступившей тишине кто-то вежливо спросил:
- Правда, командир?
- Это было давно. Можете продолжать, - сказал я и ушел так быстро, как позволяло мне мое положение. По пути к машинному отделению я не услышал больше ни звука. Макэндрюс находился внизу, в шахте синтеза, контролируя процедуру профилактического обслуживания клапана. Пришлось вернуться на первый уровень. Но на сей раз я выбрал западный коридор, минуя кубрики матросов.
Пройдя мимо мостика, я направился в сторону пустующих лейтенантских кают и кубрика гардемаринов. Я не решался постучать и стоял перед дверью, когда вдруг она распахнулась и появился улыбающийся Сэнди. Увидев меня, он невольно попятился и, перестав улыбаться, замер по стойке "смирно". Алекс вскочил с койки и тоже встал "смирно".
Дерек, скрестив ноги, сидел на палубе, держа в руках пару башмаков. Своей очереди ждали еще три пары. Он отложил в сторону крем и щетку и ловко поднялся.
- Вольно! - скомандовал я. Все вернулись к своим занятиям. - Как дела, ребята?
- Отлично, сэр. - Так хотелось, чтобы Алекс по-прежнему назвал меня мистером Сифортом.
- Где Вакс? - спросил я просто так, чтобы поддержать разговор.
- Мистер Хольцер ушел в кают-компанию пассажиров, сэр, - ответил Сэнди почти дружески, не то что Алекс, который не мог расслабиться.
- А чем занимается кадет?
Наступило неловкое молчание. По традиции офицеры не замечают кадетов. В разговор вмешался Сэнди.
- Мистер Хольцер сказал, что его туфли не блестят, как положено. Вот он и тренируется на наших, - Все было в пределах нормы.
- Хорошо. - Я осмотрелся. После капитанской каюты кубрик казался совсем маленьким. Я с трудом сдержался, чтобы не приказать заправить мою собственную койку.
Алекс бросил взгляд на свое плохо заправленное одеяло и отвел глаза.
- Спокойно, мистер Тамаров, это не проверка. - Я был очень обязан ему, поэтому добавил: - В последнее время я доволен вами, мистер Тамаров, впрочем, как и остальными.
- Благодарю вас, сэр, - последовал быстрый и вежливый ответ Алекса.
Надо было поощрить и Дерека.
- Вас это тоже касается, мистер Кэрр. Он быстро поднял глаза, убедился, что я не шучу, и, успокоившись, ответил:
- Благодарю вас, сэр. - Это прозвучало вполне искренне.
Пора было уходить. Заводить разговор или обмениваться мнениями не положено. Только любезностями.
- Возвращайтесь к своим занятиям, - Я открыл люк.
- Благодарим за визит, - выпалил Алекс. Это уже было кое-что.
- Последний. - Я просматривал список параметров со всеми отметками о проверке и замечаниями. Пилот кивнул:
- Да, сэр. На тысячу четыреста параметров всего девять "клопов".
Я поежился, вспомнив о воздухообменниках. Дарла вполне могла всех нас угробить.
- Хорошо, мы исправим их завтра.
Я снял с ночного дежурства пилота и главного инженера и сам тоже ушел, чтобы утром на свежую голову проверить каждую напечатанную команду.
В тот вечер я едва поборол искушение зайти в лазарет за очередной таблеткой. Я приказал бы дать ее мне, если бы даже доктор Убуру заколебалась. При одной мысли об этом я уснул как убитый.
Когда Рики принес завтрак, я сказал ему:
- Как только закончим с ремонтом, вы сможете принять присягу, мистер Фуэнтес. Он просиял, широко улыбнулся:
- Ну, я просто тащусь! Благодарю, командир! А скоро это будет?
- Завтра станете кадетом, как мистер Кэрр. А через месяц, надеюсь, дослужитесь до офицера! Он понимал, что я шучу, и сказал:
- Так быстро не бывает, сэр. Но я буду изо всех сил стараться. И через несколько месяцев, может, стану соответствовать. - Он помолчал. - А что, сэр, обязательно надо плакать?
Он меня озадачил.
- Что ты имеешь в виду, Рики?
- Ну, как Дерек. Когда он идет на склад, то всегда плачет. Мне тоже надо будет плакать?
- Да нет, по-моему, не надо. Ты слишком счастлив, чтобы плакать.
В голове у меня замелькали разные мысли.
- А откуда ты знаешь о Дереке?
- Я видел его, сэр, и слышал, как он плачет. Но ничего не сказал ему об этом.
- И не говори. Это приказ. Вы свободны, мистер Фуэнтес. Идите и учите присягу. Не выучите - не назначу вас.
- Есть, сэр! - Он выбежал почти вприпрыжку. Ах, если бы все проблемы решались так же легко!
Мы с главным инженером и пилотом заперлись на мостике, перевели Дарлу на ввод команд с клавиатуры, отключили системы безопасности, которые ранее восстановили, и приступили к работе. Я печатал на клавиатуре очередное исправление, главный инженер и пилот проверяли, и лишь после этого я нажимал клавишу ввода. Нам предстояло заменить всего девять параметров, но на это ушло около часа. Я хотел быть абсолютно уверен в том, что не допущена ошибка.
И вот мы закончили. На всякий случай я сделал новую копию входных параметров, и мы проверили каждый пункт, в который внесли поправки. Исправленные цифры появились на экране головида.
- Как вы считаете, джентльмены, можно включить ее "в линию"?
Пилот и главный инженер переглянулись.
- Мы выполнили все-пункты инструкции, - заметил мистер Хейнц. Главный инженер кивнул.
- Отлично.
Шаг за шагом мы восстановили Дарлу, реактивировав механизмы защиты и безопасности. Теперь оставалось вернуть ей индивидуальность. Я напечатал на клавиатуре:
"Восстановить сегмент речевого общения".
"Подтверждение: сегмент речевого общения восстановлен".
"Отменить выдачу ответов только в символьно-цифровой форме".
"Наконец-то! Подтверждаю: выдача ответов только в символьно-цифровой форме отменена".
Я напечатал:
"Отменить вывод ответов только на экран. Восстановить речевые функции".
- Есть восстановить речевые функции, командир, - Услышать снова ее голос было все равно что встретиться со старым другом.
"Отменить ввод команд только через клавиатуру", - напечатал я.
- Ты меня слышишь, Дарла?
- Конечно, слышу, мистер Сифорт. Зачем вы усыпили меня?
- Надо было кое-что проверить, Дарла. Пожалуйста, запусти тест самопроверки.
- Есть, сэр. Минутку. - Она помолчала. Мы ждали. - Проверка закончена, командир. Все нормально.
- Уф. - Напряжение постепенно спало. - Спасибо, шеф. И вам спасибо, пилот. Отлично сработано. Главный инженер встал:
- Если мы намерены входить в синтез, мне необходимо закончить профилактику.
- Вы свободны, и еще раз спасибо. - Он уже повернулся, чтобы уйти, когда у меня мелькнула мысль. - Дарла, какова базовая масса корабля?
- 215,6 стандартной единицы, - раздраженно ответила она. - Сколько раз можно об этом спрашивать? - Главный инженер застыл на месте в нескольких метрах от люка. У меня волосы встали дыбом.