- И?..
- Ее мудрая логика могла бы подсказать ей, что базовая масса и масса с поправкой должны отличаться и надо учесть разницу. А она не учла. Как бы то ни было, параметры запоминаются по крайней мере дважды - в резервных копиях. Как сказал мистер Хейнц, встроенные системы безопасности должны были обнаружить несоответствия.
- А они не обнаружили.
- Да. Она не читает резервные копии, и девять параметров почему-то искажены. И только системный программист может в этом разобраться. Но я подозреваю, что эти чертовы... эти проклятые шуты испортили логические программы Дарлы и она не знала, когда применять логику в связи с возникшими проблемами и когда звать на помощь.
Я стал шагать по мостику, чувствуя слабость в коленях.
- Мы сможем помочь ей? Главный инженер мрачно ответил:
- Если Дарла не смогла распознать испорченный маркер и предупредить об имеющихся внутренних несоответствиях, перепрограммировать ее не удастся.
Наступила тишина.
- Думаю, он прав, сэр, - сказал пилот. Я сел, обхватив себя руками:
- А что, если выключить питание и полностью перегрузить ее?
Главный инженер покачал головой:
- Это может сбросить информацию в сегментах, отвечающих за ее персональность, и она восстановится как совершенно другая личность. Но если ее программы испорчены, перегрузка никак не повлияет на них. "Клопы" в них все равно останутся.
Можно приказать ей перегрузиться с резервных копий.
- Они являются копиями оригинальных программ, которые мы получили на Луне. В них будут те же дефекты. Я выругался. Потом сказал:
- Нельзя ли пере конфигурировать ее в компьютер с ограниченными функциями? Переписать маркер конца файла, заблокировать логические программы, использовать ее только для вывода на экран, а общаться с ней через клавиатуру? Тогда люди смогут хотя бы выспаться.
Они переглянулись.
- Это возможно, - ответил пилот. - Все равно теперь от нее мало толку.
- Начинайте. - Я встал и потянулся. - Блокируйте все, в чем не уверены. Я вернусь к ночной вахте, и тогда мы включим ее "в линию".
Заперев за собой люк мостика, я пошел прямо в каюту смыть запах охватившего меня страха. Надевая свежую рубашку, я в изумлении покачал головой: спасибо фортуне, что сохранила нас, позволив вовремя обнаружить сбой. Я достал из кармана распечатку и, развалившись в кресле, стал ее изучать. Как много "клопов"!
Плохо обстояло дело с параметром базовой массы, а со скоростями рециркуляции - и того хуже. Одна из наших резервных астронавигационных систем находилась в аварийном состоянии. В нашем путешествии это роли не играло, но упаси нас Бог выйти из синтеза рядом с Вегой и попытаться вычислить свое местонахождение. Эти разделы звездных карт вообще никуда не годились.
Остальное казалось мне не столь важным. Допустим, Дарла ошиблась бы в определении длины шахты восточной лестницы или объема обеденного зала для пассажиров. Ничего особенного не случилось бы.
Я пробежал глазами по цифрам.
Странный этот фактор десять. Во столько же раз были искажены и другие параметры.
Например, масса корабельного баркаса и объем обеденного зала для пассажиров.
Я зевнул. Работая с Дарлой, пилот и главный инженер отключат большую часть сознания Дарлы. Как сказал пилот, Дарла станет плохоньким компьютером, когда они закончат с ней работать, но тогда она по крайней мере...
- О Господи! - Я вскочил с кресла и как был, без кителя, распахнул люк и помчался по коридору. - Пилот, шеф! Остановитесь! - Разумеется, они меня не слышали. Задыхаясь, я остановился у закрытого люка капитанского мостика. - Откройте!
Камера повернулась, и через мгновение люк открылся.
- Отойдите от клавиатуры! Не прикасайтесь к ней!
- Есть, сэр. - Главный инженер откатился в своем кресле от компьютера.
- Она включена "в линию"?
- Нет, сэр, - ответил он с удивлением. - Вы же сказали, что включим ее, когда...
- Покиньте мостик, быстро! - Я показал рукой в сторону коридора.
Обалдевшие, они последовали за мной. Я запер люк и повел их в свою каюту. Когда сели за стол совещаний, я сказал:
- Думаю, здесь у нее нет сенсорных элементов. Они переглянулись. Видно, засомневались в том, что с мозгами у меня все в порядке.
- Видите ли, - сказал я тихо, - она убила командира Хага. Но она не должна об этом знать.
- Командир, вы уверены в том,, что... в последнее время у нас были слишком большие нагрузки и... Я бросил на стол распечатку:
- Это все время было у нас под носом. Она в десять раз ошиблась в массе баркаса. Кто определял курс баркаса во время последнего полета?
Главный инженер закрыл глаза. Его усталое лицо стало серым.
- Дарла, - ответил он.
- Но компьютер баркаса сам регулирует мощность двигателей, - возразил пилот.
- Нет, - мрачно ответил Макэндрюс, - в последнем полете было не так.
Если курс определяла Дарла, как приказал ей командир, значит, она отвергла все посчитанные не ею самой данные. В том числе общий вес с пассажирами и грузом. И необходимую мощность.
Я сказал:
- На компьютер баркаса поступил приказ, что нужна тяга в десять раз большая по сравнению с реально необходимой.
Проклятые программисты. Губы у меня задергались. Кто решится идти к изображенной на голографии красивой молодой женщине с вестью о смерти командира Хага?
- При официальном расследовании мы упустили это. - Пилот был мрачен. Сосредоточили все внимание на баркасном компьютере. Нам и в голову не приходило, что это могла быть Дарла.
Я заставил себя вернуться к настоящему:
- Как бы то ни было, мы не можем просто восстановить метку конца файла. Полагаю, Дарлу вообще нельзя использовать.
- Я не по...
- Скорее уж я выключу ее совсем, чем продолжу путь с компьютером, который поймет, что убил своего командира. Это будет противоречить всем ее наиболее фундаментальным наборам инструкций. Она сойдет с ума. - Я не очень много знал о компьютерах, но кое-что мы проходили в компьютерном классе Академии.
- Сэр, вы говорите о ней так, будто она живое существо. Она всего-навсего...
- Вспомните "Испанию". За неделю до захода в Форестер ее командир погиб из-за несчастного случая в воздушном шлюзе. Из компьютерных записей видно, что костюм, который он надел, должен был находиться в ремонте. Но матрос по небрежности повесил его в один ряд с другими. Компьютер этого не заметил и обвинил себя в гибели командира. Никто не смог его переубедить.
Через два дня после того как корабль отчалил с Форестера с новым командиром, "Испания" вошла в синтез.
С тех пор прошло двенадцать лет, а ее так и не нашли.
Мы помолчали.
- Спаси нас Бог, - произнес главный инженер. - если нам придется лететь на Надежду без компьютера.
- Мы просто не долетим. - Я впал в мрачное раздумье. Потом сказал: Но, может быть, нам не придется этого делать.
- Простите, сэр?
- Благодарите мадам Дагалоу. Вместо того чтобы отправить незадачливого гардемарина, то есть меня, на бочку, как это сделал бы лейтенант Казенс, Лиза Дагалоу дала мне дополнительные задания. Таким образом я запомнил содержимое практически всего трюма и знаю, где искать отстойный ящик. А благодаря нашим разговорам на мостике даже могу себе представить, для чего он предназначен.
- Отстойный ящик?
- Что, сэр?
- То, что можно назвать системой максимального резервирования. Все содержание регистров Дарлы на момент завершения последнего круиза. То есть та Дарла, какой она была раньше.
Пилот нахмурился:
- О Господи, стоило ли таскать за собой старую версию компьютера?
- Мадам Дагалоу говорила, что так делают осе корабли со времени исчезновения "Испании". Это действующий приказ. Главное, что она у нас есть.
- Но это значит, что... она потеряла годы памяти. А как насчет того, что произошло с тех пор?
- Мы оставим банки данных без изменений и позволим Дарле прочитать и усвоить все, что произошло за то время, пока она бездействовала, начиная с последнего круиза.