— Ох, поломалось блюдечко-то! — запричитала висящая над плечом скалка. — И вроде не трогали его... Может, ты как-то не так дохнула на него, хозяйка? Вещица-то хрупкая, тонкой настройки!
Надя и сама не поняла, что случилось, расстроилась. Вокруг башни опять медленно начали собираться серые клочья фронтирского тумана, стремясь сожрать яркие краски воспрянувшей рядом с маяком зелени.
— Ну полно, — встрепенулся, утешая, ухват, черенком чувствуя, что хозяйке нельзя печалиться. — На той стороне разберутся, чай, не последние маги при академии. Ты не грусти, Надеждушка, вещи пока разбери, посмотри, что тебе отправили. Скоро ведь вечер, а там и ночь. Тебе бы горяченького поесть да отдохнуть не мешает. Письмо, опять же, где-то должно быть.
— Точно! Письмо! — Крохалева вскочила и тут же устало опустилась на табурет, сил совсем не было.
— Ох и довела ты себя, дочка, — с сочувствием неодобрительно качнулся печной инвентарь. — Сиди ужо, егоза. Сами все сладим! — И тут же зычно скомандовал: — Малый, ищи писульку бумажную! Ты, скалка, давай со мной вещички разбирать да рассортировывать, а кочерга-матушка пусть горюч-камень найдет, что маги послали, да ужин организует, вечерять будем и думу думать.
А вот на той стороне, в академии магии, в связи с произошедшим переполох был нешуточный. До того как связь с женщиной, имя которой они даже не успели узнать, исчезла, в блюдечке перед Марией Спиридоновной мелькнуло перекошенное злобой лицо неизвестного мужчины. Судя по реакции стоящих рядом магов, видела его не только Марья, и всем им эта возникшая на доли секунды личность, как и ей, сильно не понравилась.
Ректор, вскочив и раздраженно рыкнув что-то себе под нос, выбежала из уютного домика феи, где они в ее магическом мирке собрались связаться с нечаянной попаданкой. Переместившись персональным порталом в библиотеку, Эртониза так напугала при появлении своим гневным лицом Аниту Вердуховну, пожилую домовушку-библиотекаря, что та чуть не уронила стопку расставляемых по полкам книг, которые держала домовичковой магией.
Оставшиеся у феи после прерванного сеанса связи ошарашенно молчали, и только муж Марьи, Марк Радимирович Рорх, бывший профессор лич, а теперь весьма живой, немолодой, очень худой, высокий рыжеволосый мужчина, хмуро обмолвился, выражая всеобщее мнение:
— Сдается мне, кто бы это ни был, добра ни нам, ни попавшей на маяк женщине он не желает! Это явно не один из духов прежних владельцев.
— А если это тот, кто я предполагаю, — добавил он, и зеленые глаза на бледном лице ярко блеснули, а брови сурово нахмурились, — то эта женщина в очень большой беде, как и все мы. Винни, ты, когда там был, ничего не почуял? Винни?!
Тролль, привалившись к стене, все продолжал смотреть на блюдечко со скукожившимся на нем яблоком, которому почему-то досталось больше, чем его собрату в башне. Профессора он совсем не слышал, поскольку перед глазами все еще стояло лицо женщины, одетой в его свитер, с шаманской шапкой из боскуайского грызколова на голове и с большими, чуть испуганными глазами, в которых явственно читалась растерянность и беспомощность. А еще на затылке Винни, никем не замеченные, в рисунке татуировки появились два новых крошечных символа, спровоцированных твердым внутренним желанием мужчины защитить и сберечь.
Глава 6. Имена и немного самой разной магии
Ужинали, или, как сказал ухват, вечеряли, где-то спустя пару часов. Кочерга успела быстро отыскать горячий плоский камень, с виду совсем не выглядевший волшебным, и, пристроив его на каменный подоконник, накипятила для начала воды для чая.
Ухват выудил из груды свертков и плюхнул на стол перед Надеждой пакет, открыв который она расплылась в счастливой улыбке, отчего у злобного духа аж зубы свело. В пакете, куда мертвый маг не преминул заглянуть, находились какие-то тюбики и баночки — бестолковая женская дребедень, с которой дамочки испокон веков так носятся.
Зато Надежда просто сияла от вида самой верхней, как минимум поллитровой емкости в виде горшочка с крышкой, на которой прилепился квадратный бумажный ярлычок. На нем округлым женским почерком было написано: «Для удаления любых загрязнений на коже. Нанести ровным тонким слоем и оставить. На лицо тоже можно!»
Больше ничего указано не было, и Надя задумалась. Смывать потом или вытирать тряпочкой?..
Решила попробовать сначала на руках, но сомнения озвучила вслух.
— А со мной точно ничего не случится, если я это на себя намажу? — поинтересовалась она у волшебной утвари, хоть и сомневалась, что они могут в этом разбираться.
Подлетевшая скалка словно бы заглянула в пакет, а потом снова неодобрительно заворчала: