— Так ведь скалка — это очень весомый аргумент, если женщина хочет что-то кому-то доказать или объяснить, как и в чем некоторые личности могут быть неправы! Особенно если у дамы еще и рука тяжелая, — расхохоталась попаданка.
— Ой, как, Наденька, ты правильно подметила, — пропела кочерга, — прямо в точку! Кстати, ты, девонька...
С громким и смачным «плюх» Винни окатило градом брызг и даже поднятой волной и выбросило к троллю на колени ошалевшего, выпучившего глаза карася и, к счастью, не разбившуюся тарелочку. Изображение и голоса пропали, а в центре пруда из воды высунулось виноватое лицо Ульяши со спутанными, обвисшими, как сосульки, волосами, в которых застряли кусочки водорослей.
Отплевывающаяся русалка жалобно посмотрела на поднимающегося с травки мокрого разозленного Винни и заканючила, выдавив из глаз град слезинок:
— Я же только одним глазком хотела... просто… м-м-м... достоинства мои перевесили. — Кокетливо захлопав ресничками, она выпятила роскошный бюст. — Зато ты знаешь, что с женщиной этой все в порядке! Сытая она и под присмотром. А еще имя теперь знаешь — Надежда!
Тролль, опустив Поликарпыча обратно в воду, досадливо сплюнул и пошел прочь от взбаламученного водоема.
— Эй, Винни, ты это куда? — встревоженно забулькал ему вслед карась.
— Червей тебе копать, как обещал, — не оборачиваясь, отмахнулся некромант, задумчиво вспоминая улыбающееся лицо его нечаянной попаданки.
«Имя знаю, во сне духом смогу постеречь, — размышлял он про себя. — А может, и поговорить удастся...»
Глава 7. Битва сновидений
— Кстати, ты, девонька, ночевать-то где думаешь?
Вопрос кочерги, которого Винни не услышал из-за русалки, был очень своевременный. Надежда не знала точно, сколько времени тут провела. Осоловевшая от горячей еды, сейчас она чувствовала только безмерную усталость. Все произошедшие события совершенно ее вымотали. Надя помнила, что на Земле тогда был поздний вечер, а здесь, когда она первый раз на крышу вылезла, вроде как день.
«Точно день! — сообразила она про себя. — Я еще удивилась, что вокруг все серое, а над самой башней на небе словно кружок вырезали ярко-голубенький».
Сейчас же за небольшим окошком виднелась только чернота, видимо, и правда наступил вечер, а то и ночь вступила в этом странном месте в свои права.
— Не знаю, тетушка Агата, — пожала Надя плечами в ответ на вопрос. — Наверное, здесь, вроде чисто. Устроюсь как-нибудь в уголке, стол, к сожалению, в длину маловат, но, может, если все мягкие вещи собрать в кучу, то и на каменном полу нормально будет.
Агата — так Наденька назвала кочергу — возмущенно подпрыгнула и заплясала на каменных плитах так, что навязанные на нее кем-то цветные ленточки залетали вокруг, словно она танцовщица на карнавале в Рио.
— Да разве ж можно так, на камнях холодных? Застынешь вся! Я, чай, много повидала у прежних-то хозяев! Нельзя так, точно знаю.
Да и ухват поддержал напарницу:
— Права старая, негоже! Всему свое место быть должно! Тут кухня да едовая, а спать надо там, где кровать есть али лежанка. Мы тебе нашли место, грязюку-то быстро почистим. Вон в пакете должно что-то полезное быть, да и очаг там есть. Нам-то ничего, а ты только и согрелась горячим. Да, одежда с обувкой у тебя теплые, но в них-то спать все время несподручно.
Если завалиться спать в удобном свитере и собственных джинсах Надя еще могла, то ботинки снять все же хотелось. И так по лестницам набегалась, ноги устали.
— Да правы вы, дядька Ух, но как представлю, что куда-то еще идти, так прямо сил нет, — пожаловалась она волшебным помощникам.
Даже скалка, подлетев и покружив, пожалела ее, хоть и в своей своеобразной манере.
— Да уж, видок у тебя как у перекисшего теста в квашне. — Свежепоименованная Алевтина Аргумент не сильно деликатничала. — Ну да ничего, давай поднимайся и не кисни! Дотопаешь до кровати как-нибудь, а вещички мы притащим. Намагичишь себе чистую постель — и дрыхни, только не до полудня. Тут еще работы непочатый край. Домина большущая, а хуже сарая огородного у худого хозяина.
Вроде и отмахнуться от вредной деревяшки хотелось, но волшебное «намагичишь» разбудило любопытство и недоумение.
— Я же не маг, — попеняла Надя инструментам, — что я там могу наколдовать? Максимум мокрой тряпкой где протру да покрывало в окно вытрясу.
Над ухом попаданки тоненько хихикнул венчик Веня.
— Так там для немага средства всякие и передали, только все почистить не выйдет, немного их. Не рискнули много сюда отправить, мало ли что. Я сам слышал...
На вертлявого малыша шикнул дядька ухват и сам принялся объяснять: