- Какой кошмар. Брат… погиб? – спросила Ванда шепотом.
Дэкиэна кивнула.
- Волки разорвали его… А утром меня нашел Дрэкул… Без сознания я лежала семь суток, вот на этой самой лавке, и Вадома каждую ночь творила заклинания надо мной, помогая найти дорогу назад с того берега. А я бродила между мирами, с одной стороны меня манила к себе Смерть, с другой – голос Вадомы призывал обратно. И я вернулась, очнувшись ото сна. С тех пор я умею отличать мир мертвых от мира живых, такая у меня способность появилась. А энергия молодости ушла, Веда забрала ее обратно, и жизнь забрала только не мою, а моего брата.
- А брат за что пострадал? – недоумевала Ванда.
- За самовольный обряд последовало наказание: смерть любимого брата. Лучше бы я сама умерла – проговорила Дэка.
- Не справедливо это.
Дэка усмехнулась, заправила прядь седых волос за ухо.
- Где ты видела справедливость, ее нет в этом мире… После этого Дрэкул сделался отшельником, а я ушла из дома, присоединилась к цыганскому табору. Тогда я получила от Вадомы задание найти Дану, чтобы Дар вернулся в семью. И тогда несчастья перестанут наш клан преследовать. Кочевала по свету, искала след своей сестры, пока не встретила тебя…
Ванда задумалась, как все непросто…
- А какое наказание понесла Сперанца? Она ведь с Дрэкулом обряд проводила.
- Сперанца? Она сделалась смиренной ведьмой, служит своей сестре, как безропотная овечка. Разве ты не заметила, она никогда не перечит старшей, делает всю черную работу, пока Вадома купается в лучах ведьминой славы и загребает денежки на свой счет.
Дэкиэна злорадно ухмыльнулась.
- А разве так было не всегда? Вадома – старшая ведьма, я так поняла, тут дедовщина процветает.
- Нет, не всегда так было. И старшая, не значит, главная. Твоя мать – третья по счету сестра, но первенство было за ней, потому что Дар у нее, но она отреклась от семьи. Поэтому Вадома приняла статус главной. Но Сперанца соперничала с ней, оспаривая право Вадомы на главенство, так было до смерти Сэнду. Она и обряд моего обновления согласилась провести, чтобы доказать Вадоме, что не хуже ее справляется с ролью главной ведьмы. Но вот что получилось, и Сперанца смирилась со своей вторичной ролью, стала безмолвной тенью своей близняшки.
Ванда молчала, переваривая новую информацию, а Дэкиэна достала из печи чугунок, в нем сварился куриный суп.
- Скоро придут Вадома и Сперанца. Они ушли к водопаду за свежей водой. Подождем их и будем вместе обедать.
- А что стало с Фермером? Семья, дети, все дела? У тебя же четверо, так?
- Да, дети есть, муж. Но не Фермер, он, конечно, от меня отвернулся, да мне и не нужен он стал после того. Зря я все это затеяла, но назад время не повернешь, не исправишь – вздохнула Дэка.
- А кто твой муж?
- Это уже другая история. А я устала, тяжело вспоминать прошлое…
- Ну ладно, не хочешь рассказывать не надо. А я так и не знаю, как найти своего любимого. Ты говорила Вадома мне подскажет, а она не говорит, как?
- Сейчас, когда ты переродилась и обновилась, тебе нужно переосмыслить и понять, а нужен ли он тебе? Не повторяй моих ошибок. Я тоже думала, что Фермер – это моя любовь на всю жизнь. Оказалось, показалось. Любовь исчезла без следа.
- Нет, я уверена, Август мне нужен, он единственный, кого я люблю.
- Уверена?
- Да.
- Я тебе помогу, найду его. Жди – пообещала Дэка.
- Сколько?
- Учись терпению…
Ванда недовольно скривилась. «Терпение? Опять терпение. Сколько можно терпеть?»
А дверь скрипнула и две тетушки вошли в дом, неся на плечах глиняные кувшины с водой из водопада…
36. Элексир
Бесник трудился не покладая рук, синие круги под глазами, взъерошенные волосы, полнейший беспорядок в доме – все это говорило, что ученый, увлеченный своей деятельностью, не высыпается и не бывает на свежем воздухе. Но результат был нулевой, созданный по рецепту Элексир, на подопытных животных не действовал, наоборот, через некоторое время они начинали чахнуть и подыхали. Бесник отчаялся. «Наверняка, это не тот рецепт, или вообще, нет его, этого Элексира»
Но в дверь постучали условным стуком, и он открыл. Ванда, юная и цветущая предстала перед ним, и на улице тоже бушевала весна, обновилась природа, цветочные ароматы будоражили обоняние.
- А вот и я! А что это с тобой, Бесник? Бледный, как смерть, а запах в доме! Ужас! Проветривать не пробовал? А? Что рот открыл? Не узнаешь меня?