- А ты, дед? - подбежал к родичу обрадованный внук.
- А что я? Не оставлять же вас одних здесь на погибель, - Михей ласково обнял Электроника. – Боялся, что и не свидимся уже. Ан, нет. Все вроде в порядке. Или не все?
- Павлик… и лейтенант… - не выдержав, всё же всхлипнул парень и уткнулся носом деду в грудь.
- Что случилось? А ну, докладывайте! – Ещё больше нахмурился Михей.
Надежда коротко проинформировал командира об их потерях.
- Да, дела, - по-стариковски вздохнул тот в ответ. – Хорошо, хоть девочку спасли. Знал, что лейтенант не подведёт. Правильный парень.
Он внимательно всмотрелся в застывшую в дальнем углу иную.
- Что хорошего! - сердито возмутился его внук. – Зачем было её спасать? Из-за неё такие парни на Хладе остались! А у этой вампирши даже души нет!
- Ты не прав, Юрка, - покачал головой Михей. – Есть у неё душа. Уж ты мне поверь. Не думаю, чтобы она в Стене той выжила, если бы бездушною была.
- А почему же она Надежду уверяла, что не имеет никакой души, - всё не мог смириться Электроник с тем, что нелюбимая им иная такой же человек, как и он.
- Ну, может, она о своей душе забыла, - хмыкнул Михей. – Трудно помнить о том, что спит вечным сном и о себе никогда не напоминает.
- А теперь…? – оживлённо спросил специалиста по человеческим душам Сержант.
- А теперь её душа проснулась. Только не понимаю, кто или что разбудило её, – Михей озадачено почесал пятернёй в затылке. - Вечный сон простым костерком не развеешь. Здесь средство посильнее нужно.
- Живой огонь Надежды, - выдвинул свою версию раненый Кабан, который тоже внимательно прислушивался к словам командира.
- Огонь растопил лёд, но не тронул душу. Она не подвластна ему, - вздохнул Михей. – Насколько я знаю, в данном случае могло помочь только одно средство.
- Какое? – спросили все дружно.
Даже иная взглянула внимательно, словно проверяя, угадают они или нет её состояние.
- Любовь, - просто ответил командир. – Только она может быть жарче любого огня, целительнее всех лекарств и волшебнее самой магии.
- Откуда же в Мыше взяться любви? – никак не мог поверить Надежда в такую странность.
- Ну, это мне уж точно неизвестно, - равнодушно пожал плечами Михей. – Любовь – дело интимное и постороннего вмешательства не терпит.
Неловкую паузу, когда присутствующие боролись с любопытством, но спрашивать иную о её чувствах всё же не решались, прервал гневный вопль Юрки:
- Я вам всем поражаюсь! Лёшка с Павликом на Хладе морозятся, а вы спокойно философские разговоры ведёте. Бежать надо, спасать…
Внука взмахом руки прервал дед, принудив его замолчать на полуслове.
- Или ты меня не знаешь? Сидел бы я тут с вами, если бы была хоть какая-то возможность на Хлад прорваться. Я, вообще, не понимаю, почему вы до сих пор живы? Вокруг полчища ледяных глыб иных кружится, а к вам не подходит.
Я на маленьком «яйце», да под аурой невидимости и то еле проскочил.
- Может они нас боятся, - совершенно не уверено заявил Юрка.
- Не вас они боятся, а огня, который горит в вашем друге, - тихо проговорила иная.
- Точно, - согласился с ней ефрейтор. – Они ведь и на Хладе к нам идти перестали, когда Лёшка Серёгин шар об Стену грохнул. Огня тогда испугались, больше-то и нечего было.
- Так, что же мы сидим? – тут же вскочил Сержант. – Если иные меня бояться, то мне за ребятами, значит, и идти надо.
- Вместе пойдём, - строго взглянул на рыжего командир. – Вот только, боюсь, трудно тебе даже в защите будет холод перенести. Может спирту?
- Можно попробовать, - улыбнулся Надежда. – Этот нектар мне уже однажды жизнь спас, и в другой раз не подведёт.
- А как мы Лёшку искать станем? Где он может быть? Планета-то большая! – Юрка сыпал вопросами, одевая защитный костюм.
- Во-первых, ты, внучек, остаёшься с ефрейтором на звездолёте, - погрозил Электрону пальцем дед, тоже одеваясь.
- Почему это? – взвизгнул Юрка, но нового окрика дожидаться не стал, и костюм покорно снял.
- Потому что приказ, - спокойно заметил командир, и со вздохом продолжил:
- Во-вторых, честно говоря, я ещё и сам не знаю, как нам лейтенанта отыскать.
Ответ на этот вопрос прозвучал неожиданно.
- Я сама его найду, - уверено сказала иная.
- Ты знаешь, где Алёшка, девочка? – живо обернулся к ней Михей.
- Пока не знаю, но я сумею найти, - Мышь, казалось, сосредоточено вслушивалась и вглядывалась в столь неожиданно обнаружившуюся в ней душу. – Я чувствую своего спасителя, точно так же, как и себя. Мы, словно стали единым существом, только на время разъединённым.