- У тебя случайно водки нет?
Она растеряно замычала, отрицательно покачав головой.
- Ну да, - хмыкнул он в ответ. – И откуда у белых мышей водка возьмётся?
Белой мышью до сих пор её ещё никто не называл. Это показалось неприятным. Она нахмурилась и зарычала то ли от боли, то ли от раздражения. Рыжий хватку не ослабил, хотя и заметил её слабость.
- Между прочим, из-за тебя я всего своего запаса лишился, - ворчливо укорил он. – И денег на водяру нет. У тебя деньги есть?
Она промолчала, устало закрыв глаза. Он насторожился:
- Эй, ты чего?! Помирать, что ли, собралась? Давай-ка я тебя освобожу, только зубки свои держи при себе. Лады?
Она обессилено простонала. Парень поспешно её отпустил и кепку свою забрал. Печально посмотрел на отверстия, оставшиеся от её клыков, потом вздохнул, смирившись с испорченным головным убором, и пристроил его на своей рыжей кудрявой макушке.
- Ну, ты даёшь, мышь! Мелкая, хилая и такая зубастая! И в чём у тебя только душа держится?
- У меня нет души, - тихо выдохнула она, удивляясь тому, как быстро освоилась с местной речью.
- Так уж и нет, - не поверил он ей. – Кстати, а чего это ты вдруг кусаться полезла? Вампирша, что ли?
- Жить захотела, - не стала скрытничать она. – Я не вампирша, а иная.
- Да мне без разницы кто ты такая, - отмахнулся рыжий. – Главное, чтобы держалась подальше от моего горла. И что же, чтобы жить, тебе обязательно нужно кого-нибудь загрызть?
- Мне нужна ваша кровь! – отчаянно выкрикнула она из последних сил.
- Тише, тише, - успокаивающе махнул он рукой. И тут же деловито спросил: - И много надо?
Она растерянно пожала плечами:
- Лишь столько, чтобы хватило вернуть бессмертие.
- Ладно, лежи здесь и никуда не уходи, - строго велел он ей. – Я на площадь метнусь, к голубятне. Птичку, конечно, жалко, но раз такое дело… В общем, я тебя понимаю.
Рыжий вскочил и быстро куда-то умчался. Иная затихла, отдавшись своей боли. Уйти теперь она уж точно никуда не смогла бы.
2. Сержант
Он лежал на лавочке в скверике, стараясь ни о чём не думать. И дело было не в усталости, даже праздничный шум в городе не особенно раздражал, хотя покоя хотелось.
Странные люди!
Каждый день у них обязательно какой-нибудь повод для праздника да найдётся.
А работать кто будет?
Впрочем, не его это дело – человечество вразумлять. У него своих забот хватает.
Вот где, например, спиртяги раздобыть?
Ведь загнётся же!
Ещё немного и он будет готов голову в костёр сунуть. Хотя это ему вряд ли особенно поможет. Вот же чёрная полоса одолела: и денег нет, и друзья в отъезде.
Надо бы возвращаться на службу, но прежде следует физическую форму восстановить, и без бутылки тут никак не обойтись.
Да, не повезло!
Ну, так у каждого свои недостатки. Кому-то, чтобы хорошо себя чувствовать, достаточно в три горла пожрать, как, например, ефрейтору Кабану, у которого три подбородка и в каждом своё персональное горло находится. Или в прорубе часок другой поплескаться. Есть у них в команде такой любитель, лейтенант Мухин.
А ему для полного счастья только спирта и не хватает, чтобы кровь не остывала, а бурлила, как следует, данной волшебной жидкостью подогретая.
И главное, не понятно, зачем он в это городишко попёрся. Сидел бы нынче в казарме спокойно, в какой-нибудь очередной заморочке разбирался, с командиром их спецгруппы, по обычаю, спорил и о пошатнувшемся здоровье даже не помышлял.
Так нет же, понесла его нелёгкая к друзьям. Почудилось будто зовут его. Привык ведь уже к разным странностям.
Да и неудивительно. За время службы в группе специального назначения он разучился мимо необычного проходить. Вот и отпросился у командира Михея на пару дней проверить, отчего беспокойство это в нём появилось.
Одного не учёл: водка – это не спирт и ею организм не обманешь. Правда, знакомый алкоголик первачом выручил, но его надолго не хватило. Последние капли из-за какой-то зубастой дурёхи пролил по чём зря. Из-за неё же пришлось с лавки сползать, из последних сил шевелиться.
Честно говоря, неприятной эта поездка вышла.
И друзей его в городе не оказалось, и деньги где-то посеял, а может, и спёрли невзначай. Оголодал без спирта так, что потряхивать начало. Хотел было возвращаться, как заметил, что за ним ребятки какие-то увязались. Чего надо, не говорят, но и глаз с него не спускают.