- Да, нет, - непонятно пожал металлическими плечами Надежда и мысленно поморщился от скрежета несмазаных частей теперь уже своего тела. – И не думал спасаться. Наоборот, решил, что хана мне. Взрыва солнца мне уж никак не выдержать было, ведь силу огня до дна тогда исчерпал.
- Так это ты солнце зажёг! Я так и знал! – просиял Павлик, искренне радуясь своей догадке. – Видел бы ты, как иные от его жара шарахались. Как тараканы по щелям разбежались. Только мало кто успел спрятаться под землёй. Большинство истинных было разрушено. Хлад-то исчез, который им душу заменял, вот тела на кусочки и развалились.
- А эти кто? – Надежда настороженно кивнул в сторону клыкастых «зверей», которые к нему больше не совались, предпочитая драться между собой, или потрошить безвольных «кукол».
- Они появились, когда Стена рухнула, - обстоятельно доложил Павлик. – Сначала все тряпками лежали, ну и я с ними. Сил вообще не было, и тело жутко болело. А у меня оно ещё и чужое, непривычное.
- Уж, как я тебя понимаю, - проворчал Сержант, в раздражении постукивая железными пятками об землю.
- Ага, - продолжил нетерпеливо рассказывать Пашка, желая высказаться о наболевшем. – А потом одни пониматься стали и на других бросаться. Я испугался жутко и тебя позвал. Я всегда когда боюсь, тебя зову.
- Хорошо, что позвал, - одобрил Сержант решения Павлика обратиться за помощью. – Твой голос меня в чувство привёл. Тоже ведь не знаю, как тобой стал. Сначала в твоём теле поэт местный пребывал. А куда он делся, даже боюсь догадываться.
- Ну, вот! Нельзя ни на минутку тело без присмотра оставить. Чуть оглянулся, а в нём тут же квартиранты поселяются, и даже без приглашения, – возмущённо подскочил Пашка, разбудив-таки мелкого, который тут же заявил своим рёвом о том, что голоден.
- И чего ты орёшь? Не бузи, Пашка! - цыкнул на него Надежда, как в старые времена. – Очень мне твоя консервная банка в качестве тела нужна! Я его не выбирал, между прочим. И что теперь с малым делать будем? Его же кормить как-то нужно.
- Меня тоже не мешало бы покормить, - совсем по-детски захныкал бывший робот. – В первый раз в жизни проголодался. Жуткое чувство, если честно. Не ожидал даже.
- А ты что же думал, - попытался хохотнуть Сержант, хотя получилось больше на тарахтение похоже. – Быть человеком непросто. Это целая наука. Тебе ещё учиться и учиться, Пашка.
- Слышь, Надежда! А может, махнёмся телами, а ? – предложил с энтузиазмом парень, пытаясь напоить орущего младенца талой водой из ладони.
- Если бы знал как, так уже бы давно поменялся бы с тобой. Уж лучше быть белобрысым, как Мышь, чем железным, – покачал головой Сержант, и тут же добавил возмущённо: - И прекращай мелкому в рот всякую гадость пихать. Отравится ещё.
- Уж лучше отравиться, чем сдохнуть с голоду. Теперь-то я это точно знаю, - недовольно проворчал Павлик, но поить мелкого водой из луж перестал.
Тот, устав требовать криком еду, уснул.
- Странно это, - протянул размышляя Сержант. – Никогда не слышал о том, чтобы души меняли тела, как перчатки.
- Надо у командира расспросить, - предложил Павлик. – Он ведь специалист. Уж этот феномен как-нибудь объяснит. Да, ещё и обмен наш организует.
- Хорошая идея, Пашка, - одобрил Надежда. – Надо нам со своими как-то попытаться связаться. Михей должен помочь. Он ведь, типа, доктор человеческих душ, или что-то в этом роде. Да, и с мелким нам не справиться. Ему родители нужны, а то мы его точно угробим.
Спрошу-ка у сестрицы своей названной, может чего подскажет. Сдаётся мне, что пацан этот здесь такая же редкость, как и мы с тобой. На Хладе, Мышь говорила, уже многие века дети не рождались. Она как раз одной из тех последних будет, что родителей когда-то имели.
Но отправиться разыскивать родной звездолёт сразу же у Павлика с Сержантом не получилось. Бывший робот рванул было со всех ног подальше от этой человеческой свалки, только нынешний обладатель его металлического тела повернул совсем в другую сторону.
Не смог Надежда бросить людей на съедение местных вампиров. С исчезновением его истинного тела, душа парня нисколько не изменилась. Он по-прежнему не мог пройти мимо гибнущих граждан. Пашке пришлось смириться с задержкой, хотя в драку он соваться не спешил, оставаясь в сторонке. Да, и за малышом присмотреть кому-то было нужно.
Не прошло и получаса, как металлическая фигура, упрямо отнимающая у кровопийц их жертв, была погребена под телами наскакивающих на него со всех сторон безумцев. Они разъярились и утратили чувство страха. Сержант довольно быстро освоился со своим новым громоздким телом, радуясь своей теперешней неуязвимости и силе.