- Возможно! – упрямился Электроник. – Надежда жив! Я это точно знаю. Тело Павлика никакими скалами не расплющить. Я ведь сам его создавал. Он этими горами жонглировать смог бы, честное слово.
Заметив, что его никто не желает слушать, Юрка демонстративно уселся возле края пропасти, всем своим видом давая понять, что отсюда никуда уходить и не подумает, даже если придётся ждать Сержанта всю оставшеюся жизнь.
Арлит, укачивая малыша, тоже присоединилась к забастовщику, желая разделить его упрямую веру в то, что её «брат» каким-то чудом остался жив. Иная присела рядом с Электроником, и тот благосклонно ей кивнул, навсегда забывая о том, что когда-то терпеть не мог эту девицу. С этой минуты они стали единомышленниками, что сблизило сильнее кровных уз.
Сёма хотел также присоединиться к ним, но заметив, как строго нахмурился командир, застыл в полуприсевшем положении, не решаясь снова нарушить приказ начальства.
- Может, хватит сходить с ума? – рассерженно спросил лейтенант бунтовщиков. – Мы все любили Серёгу. Но его больше нет. И с этим уже ничего не возможно поделать.
Иная недовольно покосилась на любимого и тихо произнесла:
- Нужно просто верить.
- Да поймите вы, в конце концов, что чудес не бывает! – закричал выведенный из себя Муха и вдруг ошарашенно ахнул:
- Или бывают…
Все оглянулись на его ошарашенное бормотапние. Сначала услышали тихое гудение «летуна», а потом увидели, как из пропасти появилась фигура робота, по-прежнему, крепко сжимающая в объятьях тело иного.
- Ну, а я что вам говорил, - спокойно произнёс Электрон, поднимаясь на ноги. – Это тело так защищено, что вам и не снилось. Только зачем он с собой эту падаль приволок?
Юрка брезгливо поморщился, наблюдая, как робот бережно опускает повреждённое тело на землю. Потом, опомнившись, он виновато покосился на иную:
- Прости, конечно, Мышь. Но братан у тебя, чокнутый на всю голову.
Арлит ничего не ответила, лишь улыбнулась сквозь нечаянные слёзы.
- И чего ревёшь? Радоваться надо, - нежно поцеловал её в макушку Лёшка, всё ещё с трудом веря собственным глазам.
Тем временем, робот неуклюже, заметно прихрамывая доковылял до Кабана и резко спросил странным писклявым голосом:
- Сёма у тебя кровь ещё осталась?
Ефрейтор нервно дёрнулся, оглядываясь на притихшую Мышь.
- Меня же только что починили, - почти со стоном пожаловался он, вспомнив какой ужас перенёс в тот раз, когда его чуть иная не загрызла. – И что вы все ко мне пристали! Донор я вам, что ли?
Робот, не слушая его отговорок, стал почти силой тянуть несчастного ефрейтора в сторону безжизненно лежащего иного, визгливо приговаривая:
- Некогда расшаркиваться, Сёма! Тут каждая секунда дорога. У тебя крови много, жалко что ли каплю-другую для спасения друга пожертвовать.
- Этот упырь мне не друг, - попытался откреститься упирающийся Кабан.
Но робот был всё же сильнее, и упрямо волок бедолагу на съедение. Все так растерялись в первую минуту, что застыли словно истуканы. Только Юрка вдруг нервно хихикнул не к месту, уловив знакомые интонации в визгливом голосе.
- Пашка! Это ты?
- А кто же ещё? - отозвался робот, продолжая тащить Сёму.
- А где же Надежда? – растерянно спросил его Михей.
- Ща помрёт, если Кабан не пошевелится, - сердито проскрипел Павлик.
Стоило ефрейтору только склониться над иным, как тот вцепился в его многострадальное горло острыми клыками.
- Уууу! – взвыл Сёма, и тут же был отброшен в сторону тем, кто только что пытался его съесть.
Иной открыл тёмно-янтарные, всем знакомые глаза и прохрипел:
- Спятили вы, что ли! Я же его до смерти загрызть бы мог.
- Надежда! – вскрикнула Арлит и упала рядом с братом на колени.
- Живой, чертяка! – радостно выдохнул лейтенант.
- Надежда никогда не умрёт, - хитро подмигнул им иной и застонал от боли.
Кабан тоже глупо засмеялся, зажимая рану рукой. К счастью, она была небольшой, потому что Сержант довольно быстро пришёл в себя и вовремя осознал, что творит. Даже малыш перестал хныкать, почувствовав изменившееся настроение его опекунов.
Лишь Михей всё ещё озадаченно хмурился, наблюдая, как новоявленный Сержант корчится, срыгивая Сёмину кровь.
- Какая гадость! – стонал Надежда, вытирая окровавленные губы.
Но было видно, что повреждённый организм иного восстанавливается. Уже через несколько минут Сержант смог самостоятельно сесть, хотя и поскрипывая зубами. Сломанные кости регенерировали медленно, доставляя ему массу неудобств.