— Мила, поэтому Бальтазар не может жениться на тебе… В таком случае сила его огня угаснет, а без могущества, которым он обладает, не сможет противостоять другим правителям, лишится престола… Мы расплачиваемся за то, что Филипп оказался гнилым внутри, за его предательство… Наши предки были его приспешниками… В каждом из нас есть дар Пандоры и он же наше проклятие. Мы можем заключить брак с Энза, но наши дети родятся не такими сильными, как от брака с Мирославом, а значит у Бальтазара и его наследника не будет новых воинов. Поэтому он никогда не разрешит мне выйти замуж за Энза. Раньше все думали, что история о другом мире — это всего лишь миф, пока туда не попал твой отец… Ты обладаешь голубым пламенем Пандоры, и многие думают, что ты — это она.
— Вот это да… — выдохнула я, находясь под впечатлением от истории. — Я не могу быть Пандорой! Я человек!
Подумать только… На Земле так много зла из-за того, что Тьма просочилась через портал?
Что стало с дочерью Пандоры? Почему на Земле нет никаких упоминаний об этом? Содрогнулась, представив, что пришлось пережить Пандоре… Жуть…
— Что будет с моим малышом? — спросила я у Валькирии.
— Твой ребенок — первенец Бальтазара, а значит, он станет могущественнее других его детей… Малыш будет подчинять себе пламя и сможет свергнуть законное дитя… В таком случае разразится война внутри семьи, а это вызовет хаос в нашем королевстве и притянет Тьму. Учитывая, какой силой обладаешь ты, то ваш ребенок станет сильнее Бальтазара… Никто не сможет остановить твое чадо…
— Если малыш родится и проживет жизнь на Земле, то не узнает о своей силе… И тогда не будет резни за престол, — предположила я, переплетая пальцы.
— Возможно ты права… Только вот проблема в том, что Бальтазар не хочет тебя отпускать, — вздохнув, напомнила Валькирия.
— А если я возьму в жены леди Милу, все будут считать, что это наш ребенок…. До восемнадцатого дня рождения малышу никто не будет угрожать, ведь не узнают, чей он на самом деле, пока не проявится сила огня… А потом что-нибудь придумаем… К тому же, если родиться дочь, то она не будет претендовать на престол седьмого королевства. Правят ведь только милорды. Ее выдадут замуж за первенца другого правителя, и она будет жить в соседнем королевстве, — предложил идею Александр.
— Это отличная мысль, вот только, боюсь, Бальтазар будет против такого брака. Он не позволит другому мужчине быть рядом с Милой. Его ревность задушит, — проговорила Валькирия, положив голову на плечо Энза.
Присутствующие замерли, когда кто-то начал тарабанить в дверь. Тетя Аида открыла дверь и застыла на месте. На пороге появился Бальтазар, он еле держался на ногах, от него за километр разило элем. И почему мужчины решают проблемы с помощью алкоголя?
— Можно войти? — заплетающимся языком спросил Бальтазар.
— С каких это пор правителю нужно разрешение? Проходите, милорд, но предупреждаю, если спалите наш дом… — грозно ответила Аида, делая глубокий вдох. Конечно, она понимала, что с Бальтазаром нельзя так разговаривать, но видимо не удержала эмоции.
— Вы правы, мне не нужно разрешение, — хмыкнул он, наградив ее убийственным взглядом. — Мне надо поговорить с Милой…
— Проводите милорда в свободную комнату наверху, — обратилась бабушка к Энза и Александру, понимая, что в таком состоянии милорд не осилит подъем по лестнице.
Воины помогли правителю дойти до спальни.
— Ты уверена, что тебе не понадобится наша помощь? — обеспокоенно спросил Александр. — Буду за дверью на всякий случай.
— Спасибо Александр. Но я не боюсь Бальтазара, особенно в таком полуживом состоянии, — усмехнулась я, наблюдая, как милорд растянулся на кровати.
— Как скажешь, — с этими словами Александр закрыл за собой дверь.
Села на край кровати рядом с Бальтазаром. Смотрели друг другу в глаза и молчали. У меня мурашки бегали по спине, видя его влюбленный взгляд. Воздух стал тягучим и обволакивающим. У меня внутренности скрутило в узел. Судорожно сглотнула. Понимала, что несмотря ни на что, я все еще любила этого мужчину. Да, он причинил мне боль, но сердце устроено так, что теплится в нем надежда на лучшее, верила, что сможем найти выход из тупика.