Надя встретилаьс с будущим работодателем. Ей действительно предложили работу на круизном лайнере на три месяца. Хорошая зарплата, путешествие. Фирма была хорошей, так что от предложения сложно было отказаться.
-Я могу подумать? - спросила Надя после рассказала начальника.
-Конечно.
-Я Вам позвоню сегодня вечером. Спасибо! - Надя ушла. Она знала как нужно поступить и как ей велит сердце. Всë было сложно. Всë счастье, належда за счастливую жизнь, которого она любит, разрушались с каждым днëм. Самое страшное, что девушка не могла винить ни его, ни себя, потому что никто не был виноват. Казалось, что это судьба так зло шутит над ними. Надя была уверена, что должна уехать на эти три месяца, что это необходимо. Именно с этой мыслью Надя подъезжает к квартире Оли. Вскоре она зашла в дом, а затем с трепетом в сердце позвонила в дверь. Еë Оля. Девушка стояли, смотря друг на друга. Эта тишина казалось невыносимо долгой. Еë прервал Дима.
-Ты пришла? Заходи, Надюш. Пройдëм, покажу тебе мою дочь, - Надя молча зашла в квартиру и последовала за Димой. В комнате она увидела Кристину. Маленькое создание, ангел на земле. Как она мило улыбалась. Как она была чиста, светла и ни в чëм не виновата. У Нади накатились слëзы, - очень еë подержать? - Дима взял дочку на руки и общаться Наде. Она не чувствовала большего счастья. Это какое-то новое чувство. В голове у Нади томилась мысль, что это мог быть еë с Димой ребëнок. Девушка посмотрела на него.
-Она прекрасно. Ангел воплоти.
-Я еë так люблю. Когда-нибудь у нас тоже будут дети, и мы будем любить их вместе, - Надя снова посмотрела на малышку. При этом она чувствовала на себе взгляд Оли. По спине пробежал холод. Надя отдала ребëнка Диме.
-Поехали домой. Мне нужно тебе сказать кое-что важное,- произнесла девушка.
-Конечно, - к ним подошла Оля и взяла Кристину на руки.
-Уже уходите? - спросила она. Надя ничего не отвечала. Она молча ушла из квартиры, а за ней и Дима, сказав, ято приедет завтра в девять.
В машине никто не сказал ни слова. Надя юыла погружена в свои мысли, а Дима не стал их прерывать. Они зговорили лишь в квартире.
-Она прекрасна, - сказала Надя, - я счастлива за тебя. За Вас.
-Я же вижу, что ты не испытываешь счастье. Тебе больно. Я понимаю почему, но не понимаю, что я могу изменить. Я люблю тебя и люблю этого ребëнка. Я не могу избавиться от Оли. Она еë мать.
-Я уезжаю, - недавно произнесла Надя. Его ошарашели эти слова.
-Куда?
-Предложили работу на круизном лайнере.
-На долго?
-На три месяца. Я вернусь в октябре, и мы придумаем, что делать дальше.
-Есть много других работ.
-Ты знаешь, что так будет правильно. Сегодня когда я держала Кристину на руках, я в этом убедилась, - Надя дотронулся до щеки парня, - она достойна любви.
-Мы справимся к этим.
-Конечно, - по щекам Нади потекли слëзы, - но нам обоим нужно время.
-Когда ты уезжаешь?
-Завтра вечером. Вещи я успею собрать.
-Это не важно, - он поцеловал девушку, - я так тебя люблю, - Наде казалось, что это последний раз, когда она чувствует его, любит его. Что всë заканчивается и никакого возвращения не будет. В глубине души она знала, что время ничего не решит и сказала так лишь для отсрочки. Девушка лшь успела написать смс хозяину лайнера "Я согласна. Завтра в 17 отплываем? ". На что от ответил согласием.
Утром Дима ненадолго съездил к Кристине, но вернулся. Надя собрала вещи и вот вечером они стояли у реки, откуда отходил корабль.
-Это всего три месяца. Мы будем созваниваться. Всë будет хорошо, - говорила Надя.
-Что бы ты не решила, знай, что я не смогу без тебя. Сейчас сложно, что Кристина подрастет и всë станет на свои места.
-Предлагаешь встретиться через восемнадцать лет? - усмехнулась Надя. Дима обнял еë.
-Что обычно говорят в таких случаях? Я люблю тебя? Я буду верен тебе?
-Я благодарю тебя, - произнесла Надя, - увидимся.
-Увидимся, - Надя поцеловала его, а затем зашла на палубу. Лайнер отправился по воде, а они смотрели друг другу вслед. В один момент Надя отвернулась. Ей было больно как никогда. Это чувство вечного одиночества. Она знала, что не вернëтся к прежнепрежней жизни к нему. Этот ребëнок изменил всë, и Надя не была в праве лишать еë счастья. Девушка твердила себе это каждую минуту, каждую секунду. Каждый день.
20 глава "Одна большая ложь"