«Спасибо тебе», - ответила девушка.
«Увидимся?» - пришли тут же уведомление. Ясения шла по тротуару, кусая большой палец.
«Сейчас не время».
«Буду ждать», - их легкость в общении растворилась. Разговоры по телефону были напряженными и сухими, а сообщения односложными. Она понимала, что Стас тоже испытывал неловкость, но ничего не могла с собой поделать. Нельзя было поддаваться чувствам, особенно, когда на глазах разгорался пожар событий.
Два дня пронеслись, как в тумане. Гошка ходил понурый, словно все краски лета у него забрали вместе с настроением. Отец был непреклонен, а Роза лишь послушно готовилась к отъезду. Мама переживала, но внешне казалась все той же железной леди.
Ясения думала, что сбегает с поля боя. Она чувствовала себя той самой крысой на корабле, которая почувствовав опасность, пыталась найти выход. Ей нужно было поговорить на прощание с Елисеем. Но как это сделать? Отец, узнав о задуманном девушкой, мог просто запереть её дома. Сам Смирнов мог просто не пустить её на порог своей палаты. Но она должна была это сделать. Она хотела объясниться с ним. Хотела сказать, что Лондон – не убежище, а вынужденная мера. Поймёт ли он? Это уже не столь важно.
Вместо того, чтобы сесть самой в машину, Сенечка набрала номер Стаса. Он должен был помочь ей, как помогал всегда.
- Сенька? – Хриплый ото сна голос послышался в трубке, и Сенечка задержала дыхание. Воображение уже во всю рисовало картинки полуголого Милославского в своей постели.
- Привет, - прочистив горло, произнесла она. – Поможешь?
- Интим услуги не оказываю, - ответит он. – Но ради тебя могу побрезговать правилами.
- Ты когда-нибудь бываешь серьезным? – Она улыбнулась, чувствуя, как горят её щеки.
- Обещаю, что буду очень серьезным отцом наших детей.
- Стас! – Воскликнула Сенечка, даже топнула ногой.
- Что стряслось, милая?
- Мне нужно поехать в больницу.
- Что с тобой? – Сон в миг сошел с лица парня. Он даже поднялся с кровати, цепляясь за свои джинсы.
- Я должна поговорить с ним.
- Ясения, - предостережение вместе с раздражением отозвалось в голосе Милославского. Опять он!
- Я должна! – Настаивала она. – Я должна в последний раз поговорить. Должна, пойми меня.
- Ты все ещё любишь его, да? – Горько спросил Стас, падая на матрас кровати.
- Не знаю. Слишком много всего произошло, чтобы ответить. Но для того, чтобы разобраться, я должна с ним поговорить.
- Через полчаса приеду.
Стас приехал даже раньше назначенного времени. Он громко сигналил под окнами Сенечки, от чего любопытные глаза родителей и Гоши вылезли в окна. Сергей помахал ему рукой, Стас ответил тем же.
Сенечка спустилась в прихожую, где её уже ожидал отец. Он с любопытством оглядел дочь.
- И куда ты собралась со Стасом?
- Прогуляться, - ответила она. – В конце концов, я же сегодня вечером улетаю.
- Хорошо.
Девушка вышла из дома, села в машину к Милославскому и столкнулась с ледяным взглядом парня. Он молча завел машину, тронулся с места. Ясения пыталась не обращать внимание на очевидную враждебность попутчика. Она проигрывала в голове разговор со Смирновым. Она готовилась к худшему, что он начнёт кричать, что, возможно, набросится на неё так, как это было в реабилитационном центре. Она была готова к скандалу.
Стас же ни проронил ни слова. Он выполнял функцию извозчика, временами крепко сжимая деревянный руль. Она бросала короткие взгляды на парня, гадая, что твориться в его голове. А Милославский знал, о чем думала Сенечка. Он злился. Злился на то, что своими же руками помогает отдаляться Лукояновой от себя. Он злился на отца, который теперь стеной вставал между ребятами. Злился на самого себя за слабость, которую он испытывал перед такой хрупкой и красивой девушкой.
Приехали они быстро. Свернув на общую парковку, Стас заглушил мотор и полез в телефон. Он с кем-то переписывался. Сенечка медлила. Ей было любопытно, что могло быть важнее неё. Неприятный осадок сверлил в груди, когда она думала, что там могла оказаться девушка.