- О чем ты?
- Поговаривают, что Милославский нанял какого-то директора, и тот все деньги переводит на счет его сына.
- А ты откуда знаешь?
Женщина не ответила, лишь потому, что Ясения вышла из укрытия. Бросив мимолетный взгляд на появившуюся девушку, та самая болтушка лет сорока не узнала по-началу хозяйку отеля. Она открыла было рот, чтобы ответить подруге, но та больно пихнула её локтем.
- Добрый вечер, Ясения Сергеевна! Что-то случилось?
- Гуляла по набережной и забрела к вам, - деловито отозвалась она. Её брови сошлись на переносице. – Вместо того, чтобы клокотать о начальстве, подготовились бы к завтрашнему дню.
- Простите, - опустила глаза молодая девушка.
Ясения ушла от сплетниц, испытывая неприятный осадок в груди. Она была уверена в любимом мужчине и ей даже не хотелось думать о предательстве. Но капля сомнения все же попала в чашу. Мысли тяготили её до самого утра. Она ждала, когда проснется Стас, чтобы все ему рассказать. Спросить и убедиться, что парень чист перед ней.
«Зачем Олегу подставлять папу? Ради чего? Денег? В чем выгода, если он сейчас только приумножает свою прибыль в сотрудничестве с ним?», - терзала себя мыслями Ясения. Она кусала кутикулу, не чувствуя боли. - «Стас проснется, и я все ему расскажу! Я не позволю пустым сплетням разрушить моё счастье!»
Милославский открыл глаза и почувствовал, что половина кровати пустая и холодная. Он напрягся. Пока Ясения вчера беседовала с отцом, Стас тоже решил уделить время своему драгоценному папе. Они снова ругались. Станислав курил одну за другой сигарету, выплевывая слова, словно яд. Он настаивал, чтобы Олег успокоился, чтобы принял его любовь к девушки как факт, чтобы больше не ввязывал его в свои грязные игры. Но было поздно. Милославский старший давно решил за него его судьбу, Олег попросту заигрался.
- Мстишь ты, папа, а страдают все! – Выпалил Стас так громко, что на него обернулось несколько человек. Пару из них были рабочими отеля. Милославский смутился.
- Чтобы ты сделал, если бы твою мать убили? Чтобы сделал? Оставил его ходить безнаказанным?
- Я бы не рушил чужие жизни. Ты не видишь ничего, кроме мести. Ты меня ненавидишь, лишь потому что я похож на бабушку.
- Я люблю тебя, сын, - ответил Олег, но сын лишь иронично рассмеялся. – Люблю, как умею.
- Ты не умеешь, папа. Любовь – это не кнут, любовь – возможность ребёнка гордиться собственным отцом, это забота и ласка. Если бы мы не были похожими, я решил бы что приемный.
- Не говори чепухи.
- Тогда что долго произойти, чтобы ты наконец полюбил?
- Справедливость, сын. – Его голос был уставшим от нескончаемых споров. Олег чувствовал себя изможденным. – В этом вся сила.
Стас поднялся с кровати и нашел возлюбленную на широком подоконнике. Она пила сок, наблюдая за отдыхающими. Её лицо было уставшим, под глазами синяки, будто девушка всю ночь не сомкнула глаз. Услышав поступь шагов парня, Ясения подняла голову и изобразила на своем лице улыбку. Стас поцеловал её, и она позволила. Это немного успокоило парня.
- Почему ты здесь? Ты не спала?
- Не могла уснуть, - она снова сделала глоток.
- Почему не разбудила?
- Ты устал за день. Было бы эгоистично из-за своих недугов будить тебя.
- Это не эгоизм, принцесса. Я должен знать, что происходит с тобой. И если тебе плохо, то будь я на другом конце земли, я примчусь к тебе.
- Я вчера гуляла по набережной и услышала неприятный разговор.
- Что они говорили? – Парень напрягся.
- Да чепуху несли про папу, и я расстроилась. – Девушка подняла свои потухшие голубые глаза. – Просто пообещай мне, что все будет хорошо. И скажи, что любишь.
Она не смогла рассказать Стасу о разговоре. Посчитала глупостью и недостойным её сомнений. Как он, её любимый человек, мог обмануть её? Поступить так низко? Нет, Милославский хоть и был занозой, но он много раз доказывал, что ему можно верить. Да, Сенечка и не могла не верить тому, кого полюбила.
- Сенька, - Стас взял её лицо в свои ладони. – Я очень люблю тебя. – Он поцеловал кончик её носа. – Я не представлю ни дня без тебя, ни секунды. Выброси свои переживания, у нас с тобой все будет хорошо.