- Вы подтверждаете? – Судья обратился к Ясении, но девушка слышала лишь шум своего лихорадочно бьющегося сердца. Он должен её ненавидеть, но здесь в зале суда говорит о любви. Каков негодяй!
- Не могу знать, ваша честь.
- Спасибо. Можете садиться. – Ясения спустилась с приступа и, не глядя на Стаса, села к отцу, сжимая его ладонь. – Адвокат, есть ли у вас ещё какая-то информация по делу?
- Ваша честь, - Андрей снова поднялся. – Я навел справки, и вышел на мотив ответчика. Об этом мне сообщила дочь Сергея. Информация подтвердилась.
- Прошу, - Кивнул судья.
- В тысяча девятьсот девяностом году на улице Советской произошло ДТП, в котором участвовал мотоцикл Сергея, который был записан на его отца. За рулем мотоцикла находился Баранов Евгений Вячеславович. В следствии аварии погибла женщина, которая являлась матерью ответчика. Во всей видимости, Олег навел справки, и, узнав, что мотоцикл был истца, решил, что он стал виновником смерти женщины. – Андрей поправил свои прямоугольные очки. – По истечению времени дело не может быть возбуждено. Виновник умер три года назад.
- Судья удаляется для принятия решения.
Судья поднялся с кресла, все присутствующие встали в след за ним. Стоило только хлопнуть двери, как Милославский младший тут же оказался около девушки. Но парень не успел ни звука проронить, - Сергей вырос между парой, разрывая их зрительный контакт. Широкие плечи отца были напряжены, а голос, заполнивший весь зал, совсем не походил на тот, который девушка привыкла слышать. Это была нескрываемая угроза.
- Не смей подходить к моей дочери, парень!
- Стас, сядь! – Оказалось, что Марина тоже была на заседании. Она тянула сына за рукав пиджака, но ноги Милославского приросли к полу. Он ловил взгляд девушки, в его горле противно скреблись кошки, а глаза Сенечки уже были мокрыми от слез.
- Я должен поговорить! – Настаивал Стас, и его голос был полон отчаяния.
- Вам не о чем разговаривать, - настаивал Сергей. Вместо зеленых глаз Стаса, Ясения нашла глаза Олега. Он наблюдал за происходящим и противно улыбался. Его забавляло поведение сына.
- Придите в себя! – Андрей хлопнул широкой ладонью по столу. – Вы в здании суда.
Все расселись по своим местам. Слеза скатилась по щеке Ясении, но она тут же её смахнула. Она и не подозревала, что боль может усиливаться в присутствии человека, который был её инициатором. Сергей поглаживал плечо дочери, в качестве поддержки. Вскоре вернулся судья и воцарилось напряженное молчание.
- Суд постановил, признать обвиняемого Милославского Олега Георгиевича виновным в краже крупной суммы денег согласно части четыре статьи что пятьдесят восемь уголовного кодекса Российской Федерации и приговорен к десяти годам лишения свободы в колонии общего режима со штрафом в размере миллиона рублей. Приговор обжалованию не подлежит.
Молоток ударился о деревянную поверхность, и словно над присутвующими опустился занавес. На запястья Олега надели наручники, но его лицо больше не было улыбчивым, - он смотрел на Сергея и не видел его. Казалось, что информация о смерти его матери только сейчас дошла до его ушей. Стаса трясло, словно он был в лихорадке. Марина пыталась его вытащить из зала суда, но тот нарочито стоял возле своей лавки и ждал, когда сможет коснуться девушки. Но Ясения медлила. Она ждала, когда Сергей пожет ладонь адвокату, когда они договорятся. Встречаться со Стасом взглядом ей было страшно, но крик Олега в коридоре отрезвил всех.
- Сергей! – Кричал Олег. Его лицо в мгновение состарилось на десять лет. Пожилой мужчина, которому чуть больше пятидесяти, смотрел на вышедшего из зала Лукоянова. Из глаз Олега брызнули слёзы, что стало удивлением даже для Марины. – Прости.
- Ты заслужил свое, Милославский. – Только и ответил отец, беря за руку дочь и уводя её подальше от этих злополучных сцен.
По приезду домой отец с дочерью в красках рассказали о том, как прошло заседание. Роза была так рада, что открыла бутылку шампанского и празднование победы плавно переходило в празднование Нового года. Президент уже произнёс речь, все успели сжечь свое желание, смеясь в очередной раз над тем, какое полотно вышло у главы семейства. А там ведь просто было пожелание здоровья, счастья, благополучия каждого. Он не обделил никого, даже приплел котенка, который как оказалось сам зашел в дом, а Лукояновы просто не смогли его бросить.