- Я не виновен в этой аварии, - тихо ответил Стас, полоснув Сергея уставшим взглядом.
- Тогда какого черта ты тут делаешь?
- Я привез Сеньку в больницу. Она зазевалась на светофоре.
- Как ты узнал об аварии? – Сергей сильнее прижал Стаса к стене. На сцену стали оборачиваться медработники.
- Услышал по телефону.
- Пап, - Гошка надавил сильнее на его плечо. – Не здесь.
- Что с ней?
- Сложный перелом, сотрясение. Один идиот на скорости пролетел мимо неё и сшиб.
- Пошел прочь! – Сергей отпустил Стаса, брезгливо оттолкнув от себя. Потом развернулся к жене и продолжил плеваться ядом. – Это все твоя дружба с Мариной. Не было бы её в твоей жизни, он бы тут тоже не появился!
- Серёжа! – Ахнула женщина. – При чем тут это?
Стас вышел из больницы, закурил сигарету и раздраженно зарычал. Его переполняла злость не меньше Сергея, но мужчина был не в том положении, чтобы настаивать на своем. Он знал, какой будет его встреча с отцом возлюбленной спустя пять лет. Знал, поэтому принял бы даже побои не совместимые с жизнью. Милославский купил сигареты одну за одной, вдыхая жаркий летний воздух, чувствуя, как кружится голова. Карма настигла их обоих слишком быстро. Утром они нежились в объятиях друг друга, а к вечеру мужчина караулил её у больничных дверей.
Гоша застал Стаса бледным и обессиленным. Он примоститься у стене, доставая из полупустой пачки очередную сигарету. Парень вздохнул, выдернул из его рук отраву и выбросил в урну. Стас достал следующую, - Гоша повторил свои действия, громко выругавшись. Его светлые брови были сведены к переносице, красные уставшие глаза смотрели на мужчину с сожалением. Стас снова закурил, и Лукоянов младший уже не препирался, он взял у него сигарету и примостился рядом.
- Прийди в себя, Стас, - сказал брат Ясении, прислоняясь к стене рядом с Милославским. – У неё всего лишь перелом. Мы разговаривали с полицией, на этом светофоре была камера, и водитель сзади заснял все на видеорегистратор. Вот смотри.
Лукоянов протянул Стасу свой телефон, где ему открылась картинка на события несколькими часами ранее. Девушка стояла на светофоре, наклонившись к своему телефону, как из-за её спины вылетела спортивная машина. Она зацепила бок мотоцикла, тем самым опрокидывая девушку на землю, повалив сверху на неё транспорт. Стас зажмурился. Это была ужасная сцена.
- Полиция сказала, что машина была взята в аренду. Скоро найдут этого черта, и мы его засудим. – Стас кивнул. – А ещё они сказали, что если бы он был чуть ближе к Сеньке, то она летела бы тарелочкой для фрисби по проезжей части. И тогда бы мы спасти её не смогли. – Гошка тяжело вздохнул и похлопал по плечу мужчину. – А вообще, спасибо тебе. Я знаю, что ты привез её сюда.
- Мы должны были увидеться. Я хотел передать ей экипировку и шлем, который она оставила в моей машине.
- Хватит изводить себя, - повторил Гоша. – Да, перелом сложный, но он будет ей уроком, что нечего садится за мотоцикл без какой-либо защиты.
- Это я виноват. Хотел же приехать сам, но струсил твоего отца.
- Господи, ну и нытик же ты, Милославский! – Фыркнул Гошка, а Стас устало улыбнулся. – Твоя мама просто стала задавать вопросы про кавалеров, Ясения итак уже была красной, как комната из «Пятьдесят оттенков серого».
- Женщины, - вздохнул Милославский, возводя глаза к небу. – Зная, что я безумно люблю твою сестру, она все равно пыталась что-то у неё выпытать. А я ведь даже не успел рассказать ей о последних новостях.
- И какие последние новости? – Спросил Гоша.
- Мы с Сенькой снова вместе. – Они переглянулись. Стас прочитал во взгляде брата Сенечки одобрение и покой. Видимо, он давно ждал, когда остынут пожар злости и обиды девушки, и она наконец смирится со своим сердцем.
- Я знал, что когда-нибудь это случится, - хмыкнул Гоша, улыбнувшись. – Особенно, когда ты снова появился в наших жизнях.
Молодые люди замолчали. Их тишину прерывались лишь подъезжающие к входу больницы кареты скорой помощи и разговоры врачей за перекуром. Шел третий час, когда Ясения была за стеклянными даерьми операционной. Нервы мужчины подуспокоились. Он знал, - Сенечка жива, и скоро будет здорова. Войти внутрь больницы он не решался, - Сергей был на взводе и новую сцену злого главы семейства и жениха эта клиника не выдержала бы. Поэтому, сжав ладони с кулаки, он стойко выдерживал натиск солнечных лучей и собственный вес.