Милославский удивлялся своим чувствам. Там, где томились лишь сухие ветки деревьев почему-то стали появляться почки. Его грудь горела, словно кто-то приложил утюг. Ему не нравилось, что девушка счастливая бежала навстречу этому парню, но понимал, - он ничего не мог сделать. Да и зачем? Он прекрасно помнил наказ отца, чтобы Стас стал другом для неё. Впрочем, Сенечка приглянулась ему ещё в тот день, когда они столкнулись в длинном коридоре университета. Он хотел девушку. Хотел так сильно, что только приводном взгляде на неё вены вздувались, а кровь закипала в теле. Он ещё помнил тот поцелуй, который вывел его из равновесия.
- Стерва, - прошептал Стас, направляясь к мини бару. Он налил себе немного бренди, сделал глоток и усмехнулся. – Чувак, ты поплыл.
Стас завидовал Елисею, ревновал Ясению и чувствовал, что проиграл. Проиграл во всем. От этого он люто возненавидел ни в чем неповинного Смирнова.
На улице падал крупными хлопьями снег. Елисей стоял поодаль от парковочной зоны, прячась между толстых стволов деревьев. Его руки были в карманах, затылок касался шершавой коры дерева. Услышав приближающиеся шаги, он встретился взглядом с Ясенией и широко улыбнулся. Бабочки в его животе сделали кульбит и рассыпались.
- Мой Печориг снова со мной, - произнесла девушка, падая в его объятия. – До сих пор не верю, что ты настоящий.
- Сейчас поверишь.
Теплые губы коснулись щеки девушки, ведя дорожку к её губам. Он поцеловал мадам белоручку с нежностью. Ему нравилось целовать её. Уста казались слаще июльской черешни, слаще новогодних мандаринов и желаннее любого подарка. Девушка обвила руками его шею, притягивая ближе. Ей хотелось страсти от огня, который ворвался в её тело, стоило только их взглядам встретится. Она вспыхивала, словно спичка, а горела, как самый опасный пожар.
- Тише, девочка, - хрипло рассмеялся Елисей. – Задушишь же.
Она ослабила хватку, но оставила свои ладони на его плечах. Елисей смахивал снежинки с лица Ясении, а та, в свою очередь, в блаженстве прикрыла глаза.
- По правде говоря, родители не разрешили нам с Лизой поехать во Францию, - признался Елисей, целуя её тонкие пальчики. – И тогда мне пришлой пойти ва-банк.
- Ты сбежал? – Ахнула девушка, на что парень улыбнулся.
- Конечно же нет. Мне пришлось выложить отцу о наших отношениях, и я чуть ли не плакал, умоляя отвезти нас.
- Так ты, оказывается, маленький капризный мальчишка, - Ясения пожурила возлюбленного, ущипнув за щеку.
- Да, только меня после этих выходных ждёт долгая отработка в доме престарелых.
- В таком случае, - улыбка Сенечки ослепила парня. – Я готова помочь тебе.
- Моя благородная мадам белоручка.
Они неспешно прогуливались по хвойному лесу. Сомкнутые ладони теплились в широком кармане куртки Елисея. Проходя мимо длинной ветки, согнувшейся под тяжестью снега, парень пропустил вперед Ясению, а потом задел эту ветку и весь белоснежный покров усыпал девушку. Та вскрикнула, а он рассмеялся.
- Тебе смешно? – Сенечка бросила свирепый взгляд на собеседника. Потом она согнулась, слепила большой снежный комок и бросила им в Елисея. Тот, хохоча, увернулся. – На, получай!
- Промашка, милая! – Его руки тоже вовсю лепили снаряды. Следующий ком прилетел парню прямо в голову, и он, словно, собака замотал головой, стряхивая хлопья.
- В яблочко! – Хмыкнула и остановилась, заметив, куда смотрит Елисей. – Ого!
Перед ребятами открылся обрыв, с которого открывался обзор на горы и леса. Она села на этот край, свесив ноги, не беспокоясь застудиться. Рука парня легла на плечо девушки, крепче прижимая к себе, а Сенечка же охотно прижалась к своему предмету воздыхания.
- Если мы на краю света, тогда я выполнила свое обещание, - усмехнулась она, ловя на себе удивленный взгляд Смирнова. – Я к нему поднимусь в небо, я за ним упаду в пропасть…
- Ты за мной хоть на край света? – Спросил Елисей.
- Я за тобой даже на тот свет, мистер всезнайка. Даже на тот свет.
- Даже так… - прошептал он, возвращая свой взор на бескрайние зимние просторы. Его лицо почему-то погрустнело.
- Что-то не так?
Молодой человек поднял её голову за подбородок и коснулся своими губами её губ.
- Знала бы, Ясения Лукоянова, как важны для меня твои слова.