Она скатилась с горы, умело лавируя по дорожке, огибая препятствия и держа равновесие. Остановившись около высохшего до нитки парня, она усмехнулась и щелкнула его по носу. Тот поднял свой злой взгляд на её, прищурив один глаз.
- Один – один, Стас.
- Вот же зараза! – Стас бросил в неё снегом. От резкого движения рана на солнечном сплетении парня заболела. Он скрючился, пытаясь подняться, но удавалось у него это слабо.
- Что с тобой?
- Ничего.
- Да ты бледный весь.
- Отстань ты! – Его слова противились его действиям. Стас схватил девушку за руку, пытаясь подняться.
- Подожди, я сниму сноуборд с тебя.
Расправившись с доской парня и своей, она протянула ему руку. Тот ухватился за неё, пытаясь удержаться на ногах. Получалось слабо, от чего он навалился на хрупкую девушку.
- Ты точно не ударился? – Спросила Ясения, едва волоча бедного парня.
- А ты беспокоишься обо мне?
- Ещё чего! Просто тащить твою стокилаграммовую тушу на себе, ой как, неудобно.
- Вот ты же терпеть меня не можешь, а помогаешь. Почему?
- Потому что ты в этом нуждаешься.
Стас рассмеялся, но тут же ощутил боль. Он снова скривился.
- Я же забыл… Ты у нас Мать Тереза.
- Ты нарочно добиваешься, чтобы я рассердилась и сбросила тебя со своих плеч? – Возмутилась девушка. На подмогу сестре уже подоспел Гошка. Он взял Стаса под другую руку, и ноша стала чуть легче.
- Что произошло? – Спросил брат.
- Неудачно приземлился, - соврал Стас. – Отведите меня на лавку, пожалуйста.
Ребята проводили Милославского до ближайшей лавочки, а сами вернулись к горе. Они катались наперегонки, смеялись, толкались и чувствовали себя счастливыми. Пару раз Стасу удавалось встретится с счастливыми глазами Сенечки, и его сердце сжималось. То ли от зависти, то ли от наслаждения за наблюдением любящих брата и сестры.
Рядом с Милославским сел отец ребят. Он протянул ему горячий чай и кивнул в сторону детей.
- Эти негодники каждый год сюда приезжают. Не удивляйся тому, что они так хорошо катаются.
- Они не негодники, - только и ответил Стас, не отрываясь от хохочущей Сенечки. – Они вполне хорошие ребята.
- Ты прав, Стас. Мои дети – моё самое дорогое сокровище. Думаю, ты для отца тоже самый важный человек.
Стасу удалось выдавить из себя ленивую улыбку. Он посмотрел в добрые глаза отца семейства.
- А как иначе? Я их единственный сын.
- Не торопи события, - вдруг произнёс Сергей. – После тяжелых времен всегда наступает благодарность. Сенечка юная, влюбленная девушка. Пройдёт пару лет, и она забудет своего кавалера, а ты её утешишь.
- С чего вы решили, что меня это интересует? – Усмехнулся Милославский, снова поворачиваясь в сторону девушки. Ясения стояла посередине трапа и смотрела на отца. Она помахала папе, широко улыбнулась и вернулась к своему занятию.
- С того, что ты смотришь на неё, как кот смотрит на сметану. – Похлопал по плечу Лукоянов. – Когда я встретил Розу, ей было двадцать с небольшим. Она была такой красивой, такой очаровательной, но безутешной. – Сергей усмехнулся. – Впрочем, я к чему все это говорил… Первая любовь она всегда яркая, запоминающаяся, но короткая. А у Ясении такие чувства впервые, вот и делай вывод.
- Забавно. – Только и сказал Стас, потирая больное место. Его рука поднялась выше солнечного сплетения, останавливаясь в районе сердца. Сергей вернулся к остальным родителям. Он не знал, сколько так сидел, а когда обнаружил, что держаться за сердце, фыркнул и убрал руку. – Бред.
Ясения каталась на скейтборде больше часа. Запыхавшаяся, счастливая девушка ввалилась в шатер, где чавничали ее родители и с энтузиазмом, размахивая руками, рассказывала о своих победах. Сергей Геннадьевич над дочерью посмеивался, Марина смотрела на девушку с улыбкой на лице, и хохотала, когда ее брат вставлял свои едвкие комметарии. Стас наблюдал за Сенечкой с улыбкой. Она была такой живой, что заряжала энергией окружающих. Успокоившись, девушка плюхнулась на складной стул, вытягивая уставшие ноги. Она мечтала о горячем крепком чае, и как по волшебству, рядом с ней очутилась дымящаяся кружка. Она подняла свои голубые глаза, встречаясь с бледным лицом Стаса. Он хмурился, но зеленый лес не казался враждебным.