На этот раз Сенечка с удовольствием закрыла глаза, улыбка не сходила с её лица. Она резко ощутила титаническую усталость, от чего рухнула на скамейку. Гошка посмотрел на сестру и протянул ей бутылку воды. Девушка одним глотком осушила её.
- Не забудь про обещание. – Пошутил Гоша. – Спасешь и мою задницу тоже.
- Какой ты циничный человек, - беззлобно ответила сестра.
- Его можно увидеть? – спросила Роза. Врач лишь отрицательно покачал головой. Потом женщина посмотрела на своих детей. – Идите домой. Возьмите отцу вещи, а я пока все улажу.
- Пойду скажу Стасу, что отец в порядке. – Произнесла Ясения. Брат не протестовал.
Сенечка поднялась на лифте на четвёртая этаж, - именно там располагалась травматология. Она без труда нашла палату Стаса и постучалась.
- Можно? – Осторожно спросила она.
- Заходи.
Парень запахнул больничный халат, завязав его поясом. Он обернулся на звук, усталая улыбка тронула его губы. Стас сел на койку и похлопал по месту рядом с собой. По виду Сенечки было понятно, что Сергей и вправду скоро поправится. Девушка села рядом, глядя на свои ладони.
- Папа жив.
- Я же говорил.
Неловкое молчание ворвалось в стены палаты. Зимний закат яркими лучами осветил половину комнаты, оставляя ребят в тени. Сенечка разглядывала свои ладони, ноги которых были покрыты бесцветным лаком, а кутикула была варварски отгрызена. Станислав же наблюдал за ней. В его сердце теплилась легкая надежда, что девушка не сорвется с места и, словно пугливая лань, унесется подальше от него. Он едва слышал аромат ее духов, напоминающие ваниль и горьковатый привкус табака. Ему хотелось зарыться в ее волосы, вдохнуть поглубже этот запах. От прилива желания, Стас сжал кулаки, сдерживаясь. Ясения сменила духи. Это позабавило и одновременно польстило Стаса.
- Ты духи поменяла, - произнёс тихо он. Ясения усмехнулась. Она купила в аэропорту парфюм на пробу, но он ей так сильно понравился, что девушка решила пользоваться только им.
- Купила на распродаже, - небрежно ответила Сенечка. И они снова умолкли.
Вдруг грудь девушки затряслась, а на лице появилась ослепительная улыбка. Сенечка хохотала так громко, чем вызвала беспокойства у ее собеседника. Он нахмурился и легонько коснулся плеча девушки.
- Все в порядке?
- Поверить не могу! – Сквозь смех проговорила она, - В канун Нового года мой папа попадает в больницу с сердечным приступом, мой парень в Альпах, и я нахожу утешения в человеке, которого терпеть не могу!
Она смеялась толи от нелепости ситуаций, толи от отчаяния. Стас лишь погладил её пол плечу, выдавив из себя улыбку. Его задели слова Сенечки, но он другого и не ожидал.
- К тому же я прилюдно пообещала перенять дела отца! Прекрасно!
- Ты еще можешь подговорить родных, чтобы они ничего ему не говорили. – Заверил ее Стас, хоть сам понимал, что его обожаемая Мать Тереза никогда на это не согласиться.
- Я не хочу в очередной раз расстраивать папу. – Призналась она. Её голубые глаза встретились с хвойным лесом Стаса. – Я и так сплошное его разочарование.
Стас ухмыльнулся. О каком разочаровании идет речь? Сергей души ни чаял в своих детях.
- О, дорогуша, ты еще не знаешь, что такое сплошное разочарование.
- А ты знаешь?
- Знаю. – В его голосе был тихим, словно он боялся, что стены могут услышать и передать его слова отцу.
Стас боялся своего отца. Боялся, как грешники бояться второго пришествия Христа. Он лишний раз не заводил с ним разговор, делал ровно то, что велел его отец-узурпатор. Он был лишен свободы выбора ровно с того дня, как появился на свет. Стас не знал, за что его отец так не любил его. Не знал, почему его любимый папа, его предмет подражания так зло обращался с сыном.
Ясения перестала улыбаться. Ей глаза снова бегали по искалеченному лицу парня, а на языке крутился неприятный вопрос, который она задавала ему раньше. Она хотела его расспросить обо всем, но не решалась. Парень снова выставит ее за дверь своей палаты.
- Спрашивай, - произнес Стас. – Я же вижу, ты едва сдерживаешься.
- Ты не захочешь отвечать, - медлила Ясения.
- Давай так, - Стас ухмыльнулся. – Я отвечу на твой вопрос и даже не буду злиться на тебя, обещаю!