Поди разберись в собственных чувствах…
– Парень-то тот, из повстанцев который – говорят, он не просто подпольщик, разговоры идут, он – Свободный… – Свен сделал паузу, наслаждаясь произведенным эффектом. – Недаром ведь на его казнь к нам палач такой прикатил. Говорят, из самих замков Ледяных пожаловал…
– Был Свободным, ты хотел сказать, – негромко произнес Бернард, – если они существуют вообще…
– Существуют, – убежденно качнул светловолосой головой Свен, – однозначно существуют. И у наших с ними вроде контакты какие-то даже налажены. Ведь не просто так они оба здесь очутились! И Свободный, и кровосос тот напыщенный. Не случайно! Что-то собирается в наших землях, помяните моё слово. Что-то будет.
– Я тебе даже скажу что: Жребий будет увеличен, вот что будет. Это уж точно. А всё остальное… языками молоть да чушь городить все горазды. Толку-то с этого…
– Но ведь повстанец убил одного вампира! Этого-то ты отрицать не можешь!
– И чё? Ну да, из подполья. Ну да, убил. При чём здесь Свободные я не пойму?!
– Ты дурак?! Появляется странный мужик – заметь, не из нашего Поселка – его вычисляют кровососы, берут в плен – а уже через два дня после этого тут оказывается палач от самих Ледяных Престолов! Кстати думаю, что не только он один… Так зачем?! Вампиров, конечно, убивают редко – но всё ж не настолько, чтобы ради этого гонять шишку такую важную! Да и вообще, что он – этот мужик – тут делал? Плюс с оружием, при серебре…
– Ну серебро-то и у наших недовольных найти можно, не только твои Свободные им промышляют. А вот зачем палача прислали…
Мы с Витом молча слушали разгорающуюся перебранку. Художник, как полагается, рисовал, я же… я просто думал.
Свободными у нас называли людей, что жили где-то в Приграничных горах – как раз на границе между Герцогством Казимира Первого (точно таким же вампирьем царством, как и наше собственное) и Королевством Ледяных Владык (то бишь местом нынешнего моего пребывания). Точнее, люди там якобы жили. Никто не знал этого наверняка – а ирры, само собой, утверждали о полной несостоятельности «возмутительного мифа». Но миф – если, конечно, это был всё-таки он – жил. И, более того, набирал популярность. Можно даже сказать, что через эту историю раса людей обрела нечто вроде собственной религии, которой так не хватало этому миру…
Вроде бы, их было мало. И поэтому Свободные с радостью принимали любого, кто мог добраться до Приграничных гор – хоть с северной (Казимир), хоть с южной (Ледяные Владыки) стороны… Вроде бы, они выращивали хлеб в каких-то тайных долинах и имели вдосталь оружия из серебра. Вампиры боялись соваться в горы, а они – опять-таки, вроде бы – активно помогали всем повстанческим организациям в обоих соседних государствах… И, в отличии от потомков Агнессы, Свободные не предали ни идею, ни расу людей.
Вроде бы…
Ах да, самое главное: среди нас никто не называл эти горы Приграничными, как официально отмечалось на картах. Мы говорили «Свободные»… «Свободные горы» – и плевать, существует ли на самом деле то удивительное сообщество людей, бросившее вызов могуществу ирров, или это действительно всего лишь «нелепый и возмутительный» миф…
Мы верили. Нам было это очень, просто чрезвычайно нужно: верить. Даже не знать, не иметь каких-то там доказательств, а всего лишь надеяться – пусть глупо, отчаянно, но всё же надеяться… И того, что существование Свободных никто так и не смог опровергнуть – даже вампиры, при всём своем кажущемся всезнайстве – уже хватало. Надежда не умирала, она жила. А большего мы не просили.
Пока.
Господи, это же так просто…
– Эй, вы, тут! – задумавшись, я и не заметил, как возле нашего стола очутилась Мэв, – языки-то не распускайте особо! Коль голова на плечах засиделась, то дело ваше. А мне мой трактир ещё дорог. Особенно тебя, дружок, – девушка потрепала по светлым волосам Свена, – касается.
Само собой, трактир принадлежал не Мэв. Как и всё вокруг, он являлся личной собственностью Ледяных Владык. Но девушка была здесь… не знаю даже, как лучше сказать… Администратором? Управляющей? Нет, конечно. Эти земные слова не подходили, чтобы выразить всё то, что делала девчонка (по сути-то, всего двадцати одного года отроду) для данного заведения. Выбор повара, работа официантов, расстановка столов и подбор конструкции барной стойки… весь прочий внутренний дизайн… всем, абсолютно всем здесь заведовала только она. Даже большая табличка с названием – «Рыжий Кот» – была её изобретением (другие два трактира именовались просто по номерам – второй и третий, соответственно). Наверное, правильней всего было бы сказать, что Мэв, фактически, являлась хозяйкой заведения. У неё даже других смен не было, только один этот бар.