Если я не могу спросить родителей об этом, то по крайней мере могу спросить саму себя…
Однако, от истины меня отделил, внезапно появившийся Оливер. В его правой руке виднелись две склянки с жидкостью, а в левой – какие-то бумаги.
– Я закончил, можем идти, – быстро проговорил он, даже не взглянув на меня.
И это было мне на руку. Я быстро встала со стула и убрала дневник в карсет, который, к счастью, сегодня я не поленилась надеть! Он помогает мне избавиться от сколиоза, а благодаря тому, что платье неплотно прилегает к спине, никто ничего и не заметит. Главное, как можно меньше поворачиваться спиной к людям. А дневник я ещё успею вернуть.
Я быстро опустила руки, что заметил Оливер и тут же обеспокоенно спросил:
– Что-то случилось? Ты что-то взяла с собой?
– Нет, – посмотрев на него, сказала я.
Соображай, Надя, соображай!
– У меня сколиоз, а я кажется, слишком тупо завязала корсет, вот я и поправляла его, – быстро сообразила я.
– Может, помочь тогда? – спокойно произнёс Оливер.
– Знаешь, я тоже видела нашу разбитую фотографию в зеркале, но снимать перед тобой платье я не готова! – резко заявила я.
Оливер заметно смутился и покраснел. Его глаза скользнули на пол, что навело мена на мысль:
– Ты этого не знал? – осторожно проговорила я.
– Уходим, – холодно произнёс он и достал из появившейся сумки два зелья, убрав предметы, с которыми он вошёл.
– А что было в склянках? – поинтересовалась я, подойдя к парню.
– Поисковое зелье. Не мог же я за минуту осмотреть пять огромных коробок, заполненных бумагами! – возмутился он и протянул мне руку.
– Теперь ты будешь вспоминать академию? – поинтересовалась я, смотря на него.
– Да, ты там ещё плохо ориентируешься, – он закрыл глаз, – тебя может занести не туда…
Он уверенно бросил пузырёк на пол и он раскололся на мельчайшие осколки, высвобождая жидкость, томящуюся внутри. Она поползла по полу, открывая портал. Оливер открыл глаза и удовлетворённо улыбнулся, прыгнув в открывшееся «Окно». Поскольку он всё ещё держал меня за руку, то я послушно последовала за ним.
Мы оказались в том же месте в кабинете Оливера, словно никуда и не перемещались.
– А почему мы не выпили второй раз зелье, чтобы нас не расплющило? – удивилась я.
– Потому что мы телепортировались в хорошо известное мне место. Ты же могла ошибиться, потому как одно неверное действие, и мы могли застрять во временной петле, – холодно говорил он, подойдя к шкафу, – впрочем ты и сама заметила, что думала о квартире, а оказалась во дворе. Ни твоё сердце, ни разум не были готовы оказаться там сразу, поэтому, к счастью, зелье сработало и нас выбросило максимально близко к нужному месту.
– Вот оно что, – проговорила я, понимая, что не так уж просто будет вернуть дневник.
– Впрочем, на этом опасная часть позади. Сегодня я занесу эти бумаги в деканат, и ты официально будешь зачислена в академию. Можешь не переживать на этот счёт, – быстро и незаинтересованно произнёс он.
Я легко догадалась, что с этими словами он со мной прощается и надеется больше никогда не увидеть. Что ж, не буду его задерживать. Я медленно направилась к выходу, но выйдя из арки, Оливер окликнул меня:
– И, Надя, помни ты – нефилим, а не человек. Мы с тобой больше никогда не увидимся, в этом семестре я не преподаю у «Созидания». Теперь можешь идти на пары, – равнодушно произнёс он, продолжая расставлять предметы в шкафу.
– Была рада познакомиться с тобой, – я улыбнулась, понимая, что это всё больше походит на прощание. Оливер был единственным, напоминанием о прошлой жизни…
– Да, да, мне тоже – совершенно равнодушно проговорил он, отмахиваясь от меня рукой.
Нет, ну это возмутительно! Да как он смеет? Это же из-за него я здесь! Именно он ввязал меня во всё это, а сейчас отмахивается!?
И если бы дневник так больно не упирался мне в лопатку, то я бы обязательно выплеснула все свои эмоции сейчас. Однако, я понимала, что если упущу время, то клон заметит пропажу дневника, а этого нельзя допустить!
Я вышла из кабинета Оливера, обдумывая, где спокойно смогу прочитать столь ценную вещь, не вызывая подозрений.
В комнате слишком много людей, что уже говорить об общих комнатах нашего направления… Столовая? Шумно… Да и там едят, а не читают. Нужна библиотека! Или читальный зал…
Я повернула голову направо и заметила большое кованные двери, над которыми было написано «Знания столь ценны, что их можно поглотить лишь в абсолютной тишине».