— Я слышу Джоси, — размышляет она, когда мы приближаемся к длинный дому.
— Ее не пропустишь, — усмехаюсь я. Джо-си — самая болтливая из людей, у него рот, который никогда не перестает двигаться, и высокий голос, который, кажется, рассекает воздух. Я не знаю, как ее угрюмая пара терпит все эти разговоры, но Хэйден кажется блаженно довольной. Думая о них и их счастье, я вспоминаю о моей бывшей паре, Химало. Я не видела его последние несколько дней, и меня пронзает острая боль одиночества. Наслаждается ли он праздником? Доволен ли он тем, что делает подарки целителю? Я ненавижу то, что мне не все равно. Мне должно быть плевать. Он бросил меня.
И все же я не могу перестать думать о нем снова и снова.
Мы входим в длинный дом, и повсюду люди, смеющиеся и разговаривающие. Дерево, выбранное для украшения, покоится в большой корзине, засыпав землей луковичный корень. Его съедят в праздничный день, а до тех пор елка будет увешана гирляндами, украшениями и разноцветными развевающимися дисками, сделанными из твердой кожи или бумажной коры дерева. Джо-си находится почти в центре всего этого, поддерживая маленькую Эшу, чтобы она могла прикрепить нитку разноцветных семян к одной из тонких, шатких веток. С потолка свисают пучки ядовитых растений, и под одним из них Мэ-ди с энтузиазмом целует свою пару. Еще больше ядовитых листьев нанизано на сухожильные шнуры, которые трепещут, когда их подвешивают к веткам. Неподалеку другие члены племени плетут гирлянды и вместе смеются, а несколько охотников развешивают еще больше гирлянд вокруг домика и растений Ти-фа-ни в горшках. Кажется, все наслаждаются жизнью. Я не вижу в этом привлекательности, и я думаю, что дерево выглядит ужасно с таким количеством вещей, наваленных на него сверху, но у людей есть странные традиции, которые делают их счастливыми, поэтому я соглашаюсь с этим.
Клэр радостно хлопает варежками при виде уродливой елки, увешанной еще более уродливыми украшениями.
— Это выглядит так здорово!
— Разве это не так? — Лиз подходит к нам, встряхивая своей желтой гривой. — Я чувствую себя Синди Лу в центре событий фильма «Гринч — похититель Рождества» (прим. в фильме — девочка, разочаровавшаяся в Рождестве. Озадачилась тем, что Гринч живет в уединении и тоскует)!
— Что? — я моргаю, глядя на людей.
— Ничего, — говорит Клэр со смехом. Она обнимает меня за руку. — Просто Лиз, как обычно, говорит безумные вещи.
Лиз действительно склонна говорить странности.
— Где твоя пара? — спрашиваю я Клэр. — Мы найдем его?
Она оглядывает оживленные группы, а затем указывает в угол.
— Вон там, развешивает гирлянды с Лейлой и Роканом. — Она загорается при виде него и смотрит на меня. — Может, нам отдать ему нашу гирлянду, пока они заняты?
Я молча протягиваю это ей, сдерживая улыбку. Клэр — хорошая подруга, но она все еще находится в самом начале своего спаривания, и мысль о своей паре всегда окрыляет ее. Я не возражаю против этого. Думаю, когда-то я была такой же.
Затем я хмурюсь про себя. Все мои воспоминания о том, как мы с Химало были вместе в пещере, неприятные, о том, как я язвила в его адрес или отпускала гневные комментарии. О том, как он пытается угодить мне, а я отталкиваю его помощь. Возможно, я никогда не была хорошей парой. Мне становится грустно от этой мысли. Возможно, это и хорошо, что Шамало так и не довелось увидеть своих родителей в таком состоянии. Спаривание должно быть на всю жизнь, а я прогнала свою пару своей горечью.
Я наблюдаю, как Клэр пересекает длинный дом с гирляндой в руках. Лиз бочком подходит ко мне, в ее глазах любопытство.
— Так где же твоя пара, Айша?
Я хмуро смотрю на нее.
— Он бросил меня. Ты это знаешь.
Она пожимает плечами, невозмутимая моим сердитым тоном.
— Все, что я знаю, это то, что ты смотришь на Клэр и Эревена так, словно они пирожные, а ты на диете. И я думаю, может быть, ты слишком усердно стараешься, чтобы убедить себя, что ненавидишь Химало.
— Ты думаешь, я ненавижу его? Он бросил меня.
— Ты оттолкнула его. — Она снова приподнимает плечи в еще одном легком, небрежном пожатии. — Я не собираюсь говорить, что быть в паре с Рáхошем — это не что иное, как маргаритки и улыбки. Иногда приходится налаживать отношения. Я это к тому, что, возможно, тебе следовало стараться немного усерднее. Ты же знаешь, он тоже потерял свой комплект.
Гнев сжигает меня изнутри, и меня переполняет внезапное желание выцарапать ее ухмыляющиеся человеческие глаза. Но Лиз носит в животе комплект, а ее пара стоит рядом, держа на руках их маленькую дочь, и разговаривает с вождем и его супругой. Она дерзка в своих словах, но эти люди нуждаются в ней. И я почему-то чувствую, что если бы я стала защищать себя… никто не встал бы на мою сторону. Они бы просто покачали головами, глядя на грустную, сердитую Айшу.