— Даниил, — заметил глава юристов — Павловский, — если ты не дашь мне добро, я не смогу постоянно отбивать атаки твоего сыночки. Он уже чувствует себя хозяином положения, тем более что Анна дала ему нотариальную доверенность представлять ее интересы. Понятно, что в компании он пока никто, но если так пойдет и далее…
— Ее юристы и у нас затребовали всю финансовую отчетность, — заметил зам по экономике. — К тому же твой развод сильно ударил по имиджу компании. Клиенты и инвесторы хотят гарантий. Счета компании ограничить твоя жена не сможет, это понятно, но увы, рейтинг падает. Все боятся дробления.
Даниил потер уставшее лицо рукой.
— Мы можем что-то дать юристам Анны без ущерба для компании? Отвлечь на время?
— Можем. Но это только отсрочка, Дань, — поморщился Николай. — К тому же, они заявили права на бренд…
— Этого стоило ожидать, — покачал головой юрист. — Бренд — это имя, лицо компании.
— Поставщики сократили время выполнения оплаты по контрактам, — продолжил «радовать» новостями Николай. — Все опасаются, что мы можем стать неплатежеспособными.
Даниил тихо выматерился.
— Даниил, это временные трудности, — покачал головой Николай, — но, если Боренька через Анну дорвется до реальной власти…. Он же раздербанит компанию, ты это понимаешь?
— Думаешь, Коля, я своего сына не знаю? — поднял брови Даниил. — Сколько у нас есть в запасах материалов?
— Достаточно, чтобы справиться с текущими индивидуальными заказами, — поджал губы директор по снабжению. — Плюс ожидается большая партия, по старым контрактам.
— Мы можем притормозить выпуск новой коллекции, Даниил Сергеевич, — подняла я голову, — сосредоточится на выполнении уже данных обязательств….
— Нельзя, — жестко отрезал Даниил, сверкнув глазами. — Даже если это будет наша последняя коллекция, она выйдет вовремя!
— Нам нужен займ, Дань, — Николай снял очки и протер стекла, — иначе нам не выполнить условия поставщиков.
Даниил скрестил руки на груди, его лицо стало ещё более напряжённым.
— Кто даст нам займ в такой ситуации? — холодно спросил он.
— Придётся обратиться к тем, кто всё ещё доверяет компании, — ответил Николай, возвращая очки на нос. — Это риск, но без дополнительных средств мы не удержим поставщиков.
— А с инвесторами? — вмешалась я, стараясь сохранить ровный голос.
— Инвесторы хотят гарантий, — Николай пожал плечами. — Пока мы не закроем этот чёртов развод и не стабилизируем ситуацию, их деньги будут заморожены в ожидании. Помогли бы личные средства…. Но…
— Они у меня тоже в заморозке, — горько усмехнулся Даниил, поглаживая грудь в районе сердца.
— А если…. — я закусила губу, слегка покраснев под взглядами коллег, — если новая коллекция будет из менее дорогих материалов?
Даниил приподнял бровь.
— То есть. Основу мы делаем как всегда — премиальную. Но вот основной акцент ставим не на драгоценных камнях, а скажем, на полудрагоценных. Яшма, малахит, хризолит, обсидиан…. Эти материалы не уступают по эстетике, но обходятся гораздо дешевле. Это даст нам возможность сохранить стиль и привлекательность коллекции, при этом значительно сократив затраты.
В комнате наступила короткая тишина. Кто-то из коллег переглянулся, но никто не решился первым нарушить молчание.
— А покупатели? — наконец спросил заместитель по экономике. — Они ведь ожидают премиум-класса.
— Ожидают, — согласилась я, — но они также ценят оригинальность и концепцию. Если подать это правильно, с акцентом на идею и исполнение, а не на цену материалов, это может сработать.
Даниил обернулся в кресле к пиарщикам.
— Может прокатить, — покачала головой Светлана, глава маркетинговой службы, — продать можно даже уголь в платиновой оправе. Но мне нужна концепция, хотя бы основа….
— Лин? Сколько времени надо, чтобы перекроить всю коллекцию?
Я подняла глаза к потолку, чувствуя, как в уголках скапливаются слезы.
Эта коллекция… Она была моей. Я рисовала её исключительно для себя, для своей души. Надеялась, что когда-нибудь смогу стать самостоятельным мастером, независимым ни от кого, но всё рухнуло в один момент.
Каждая линия, каждый набросок — всё это было моим личным проектом, далёким от тех жёстких условий, которые диктует рынок. И теперь мне придётся отдать её, сделать частью этой игры, превратить мечту в средство выживания.
— Лин? — голос Даниила привёл меня в чувство.
Я опустила взгляд и сглотнула, прежде чем ответить: