— Это он зря… — пробормотала я, понимая, что Борис только что ступил на очень опасную территорию. Шеф службы безопасности, таких вещей не прощал никому.
— Говорю же — идиот, — подытожила Маргарита. — Ссориться с шефом СБ… это надо очень много мозга иметь.
Я качнула головой, пытаясь переварить услышанное. Кажется, Борис успел создать хаос ещё до того, как официально успел заступить на «должность». Если он начнёт ссориться с ключевыми людьми компании, это может привести к катастрофе быстрее, чем мы все ожидали.
— Алин…. Что с Даниилом Сергеевичем? Как он?
— Стабильно тяжелый, — угрюмо ответила я, стараясь держать лицо.
— Была у него? — очень тихо спросила Марго, отпивая свой кофе.
— Нет, — призналась я, глядя на стену, — там Анна. Устраивать скандал в больнице…. Такое себе….
— Ну да… — согласилась Маргарита, кивнув. Её голос наполнился сарказмом. — А знаешь, что самое поганое, Лин? Вот это у них называется забота! Нихуя не делать, сидеть в больнице, лить слёзы и на нервы врачам действовать. Или в компанию приходить и ломать то, что работает. Хозяева, блядь!
Я вздрогнула от неожиданной злости Маргариты, поднимая голову.
— Громкие жесты и много шума, — продолжила Маргарита, явно разогреваясь. — Только пользы от этого никакой. Подожди, если Даниил Сергеевич выкарабкается, она ему кашки таскать будет и, прости, утку выносить. Словно для этого специального персонала нет! Заботливая наша!
Она фыркнула, её сарказм стал почти театральным.
— А сынуля здесь будет всё разорять к херам! — закончила она, сделав широкий жест рукой, словно собиралась разнести всё вокруг. — Слышала, он с утра уже успел бухгалтеров до трясучки довести, требуя себе корпоративную карту на представительские расходы? Пока Николай Платонович не вмешался и его не утащил с собой.
— Марго! — постаралась хоть немного урезонить я коллегу. — Перестань!
— Что Марго? Скажешь не так, Лин? Почему, сука, все считают, что если баба хорошо научилась рожать детей и варить суп — то ей все всё должны? Почему все считают, что штамп в паспорте, это как клеймо раба?
Я открыла рот, чтобы возразить, но она не дала мне вставить ни слова.
— Вышла замуж, родила — всё, ты теперь у нас «королева». Все вокруг обязаны, да? А то, что другие пашут сутками, строят карьеру, держат на ногах бизнес, рожают детей и продолжают работать — кому это надо? Главное, супчику наварить и в больнице порыдать!
Она резко поставила кружку на стол, отчего кофе в ней едва не выплеснулся.
— Скажи мне, Лин, может, мы как-то неправильно понимаем отношения? Может, и правда стоит сесть мужику на шею, сложить ножки и ручки, нарожать детей побольше и забыть обо всём? Пусть он пашет на работе, убивает себя до сердечного приступа, строит всё, а ты ему только борщика побольше!
Я молчала, дававя ей выговориться, чуть прищурив глаза.
— Зачем слушать о его проблемах с конкурентами, налоговой, трудовой, зачем понимать его страхи и неуверенность — он же брутал, всё сам решать должен, а ты ему в год по ребёнку! А что нет-то? Матка же функционирует? Это ж подвиг великий — родить такого вот Бореньку! А потом, если кто-то чем-то недоволен, еще и в лицо крикнуть: ты ж отец, сам и должен воспитывать был! Должен! Должен! Должен! Девиз этих женщин, которые забывают, что мужчины — тоже люди! Должен деньги приносить, должен детей воспитывать, должен жену на руках носить и еще ей в ножки кланяться. Должен ей быт организовать, хобби для нее придумать, развивать ее. Да, блядь, Лин! А бабы-то эти на что годны тогда? Они-то зачем, раз мужик сам должен все и всем!
Её слова были жёсткими, злость так и плескала через край, но я понимала, что в них звучала боль и разочарование. Она злилась, злилась на то, что выстраиваемая годами карьера летела ко всем чертям.
— Марго… — начала я спокойно. — Достаточно. Хватит.
— Нет, Лин, — перебила она, глубоко вздохнув, — я знаю, ты скажешь, что нельзя всё под одну гребёнку. Думаешь я одна тут так думаю? Думаешь другие наши девчонки не злятся? Но мне просто надоело это лицемерие. Если кто и станет осуждать тебя или Сокольского, то только не я, хоть тоже жена и мать. Его чувства к тебе не с потолка упали! Знаешь, я дольше тебя здесь работаю, а жену Сокольского ни разу за эти семь лет не видела! Ни разу! Она с ним ни на одно мероприятие не приходила, ни разу сотрудников ни с чем не поздравила. Даниил Сергеевич как дурак, на всех мероприятиях один был! И до меня так было. Все замы с женами, а он — один. Думаешь не пытались к нему подкатить? Ха, да только он морду кирпичом всегда делал, никогда ничего себе не позволял. А думаешь ему не обидно было? Не неловко? Благотворительные проекты в компании кто ведет? Правильно — Вера и Наталья. Секретарь и жена зама, мать его, совмещают. И ведь за эти годы — ни одного слуха, Лин, ни единого! А с тобой…. Да даже и не удивился уже никто. Все видели, к чему идет, как он стал на тебя смотреть…. Раньше вас самих вас свели…. — она махнула рукой.