Встаю, направляюсь к креслу — она раскладывает «это» на стол и хоть я планировала не смотреть… чтобы не видеть…
… металлический расширитель.
Длинная из металла штука.
И все фаллического вида. Ясно для чего.
— Садитесь, — она указывает на кресло.
Как гинекологическое, такое же страшное.
А вчера меня на кушетке… вежливо… со вниманием…
Сзади окрик врача — строгий, серьезный:
— Время не тянем. Садимся. Ноги в стороны и расслабляем живот.
Глава 9. Не вертись!
Как ужаленная я залезла на кресло и тут же уселась как надо. И даже расслабилась, по крайней мере попыталась это сделать, пока не увидела его.
Опытным движением он смазал сразу два пальца, подошел и…
…
Решаю не смотреть. От страха напрягаюсь, но тут же вспоминаю, что так не надо. Он смотрит туда и…
…
… потратив пару секунд на внешний осмотр, вводит оба пальца.
Дергаюсь, плечи рвутся ввысь, закусываю губу и шиплю «ффф», но в голову не приходит упрямиться. Такой как он — отчитает и вставит больнее, если хоть слово пискну.
Лучше молчать.
И терпеть.
Вводит вглубь, верчусь как уж на сковородке, даже отжимаюсь от подлокотников кресла — пытаюсь убежать. Но врач строго приказывает:
— Не вертись.
Свободной рукой фиксирует мое бедро, делает это очень властно, авторитарно. Проталкивает еще дальше и я не выдерживаю, подрываюсь и подвываю:
— Ааауу…
Резко обрывает:
— Терпи.
Двигает внутри, делает что-то резкое, болезненное, от чего меня просто чертовски разрывает. Как тузик грелку.
Вынимает.
Говорит строго:
— Медсестра. Готовь аноскоп, — и уже себе под нос, — посмотрим ее хорошенько.
Она отвечает:
— Все готово, все на столе.
Смотрю ему в лицо — мужчина после сорока, но уже груб и заматерел как врач.
Наверное, опытный, — проскальзывает в голове, — а тот вчерашний — недавний практикант. Но на сайте указано, что у него девять лет стажа.
Интересно, а сколько у этого?
Берет в руки предмет — «аноскоп», догадываюсь, и говорит медсестре жуткую пугающую фразу:
— Давай побольше, этот больно маленький. Посмотрим ее вглубь.
— Сделаем ректо?
— Да нет. Пока нет, — уже задумчиво, — она слишком дергается.
И смотрит на меня все так же по-врачебному, но уже слегка нагло:
— Насадим ее как на крюк.
И улыбается, показывая мне ровные белые зубы.
— Не волнуйтесь вы так. Я пошутил.
***
Он берет аноскоп, оценивает размер и говорит мне сухо:
— Пойдемте-ка на стол.
Не понимаю куда, встаю. Иду как загипнотизированный кролик.
Показывает на небольшой, но высокий стол, говорит:
— Залезайте коленками. В коленно-локтевую.
В смысле…
Как…
Серьезно?
Морщу лоб.
Вежливо пытаюсь возразить:
— А…
— Давайте вставайте, — велит строго.
— Но можно не…
— Девушка, я врач. Давайте уже настроитесь на осмотр…
Медсестра добавляет:
— Виктор Геннадьевич у нас самый хороший доктор.
Да я же не спорю. Но…
— Другой врач смотрел меня на кушетке, — слетает взволнованное с губ.
— А я буду смотреть так! Не спорьте со мной, девушка!
— Яна, — обращается медсестра, — вас надо осмотреть именно в этой позе.
Понимаю, что уходить уже просто нельзя. Я уже второй раз и мне это надо.
Теперь надо!
Касаюсь коленом, залезаю вторым, пока медсестра говорит про разнообразие поз — на кушетке, в кресле, стоя на четвереньках.
— Колени шире. Грудь на стол.
Грудь?
Упираюсь, как хочу, на локти — так хотя бы не сильно развратно. Но тяжелая рука врача опускается мне на плечи, надавливает и опускает.
Похоже, в постели он доминант, — пролетает в мозгу, — а я считала, что вчерашний меня принуждал. По сравнению с этим он был просто…
— Аййй…
Острая боль пронзила так, что я скорчилась и испуганно заныла.
— Это пока что палец. Терпим. Не зажимаемся, — командным голосом, — медсестра!
Женщина подлетает, он дает ей указание:
— Фиксируй ей плечи. Она дергается.
Заметил, что я подняла грудь и встала так, как хочу сама — на локти.
Быстро опускаюсь как надо и сама отмечаю, что с этим врачом я послушная.
Может, со мной так и надо — грубо, повелительно, жестко?
Но мысли быстро рассеиваются, стоит мне заметить краем глаза, как врач берет продолговатую железную штуку, смазывает и отходит за мою спину.
— Расслабьтесь. Не напрягайтесь.
И следом:
— Медсестра! Если будет дергаться — держи.